КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
от 25 марта 2021 г. N 385-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНКИ
ЧЕРНОВОЙ НИНЫ ГЕННАДЬЕВНЫ НА НАРУШЕНИЕ ЕЕ КОНСТИТУЦИОННЫХ
ПРАВ СТАТЬЕЙ 125 И ЧАСТЬЮ ВТОРОЙ СТАТЬИ 154
УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, Г.А. Гаджиева, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, В.Г. Ярославцева,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданки Н.Г. Черновой к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
1. Постановлением следователя от 18 апреля 2019 года возбуждено уголовное дело в отношении ряда граждан (Д., Е., Л., Н., С., Х., Ш.) и неустановленных лиц по признакам преступления, предусмотренного частью четвертой статьи 160 УК Российской Федерации (т.е. растраты - хищения чужого вверенного имущества) и совершенного в 2017 году с использованием служебного положения организованной группой в особо крупном размере (причиненный банковской организации ущерб оценен в 7 581 150 200 руб.). Впоследствии постановлением следователя от 10 июня 2019 года возбуждено другое уголовное дело в отношении ряда граждан (Г., Н., Х., Ш.) и гражданки Н.Г. Черновой, а также неустановленных лиц по признакам такого же преступления, совершенного в период с середины декабря 2012 года по 12 мая 2017 года и расцененного как единое продолжаемое преступление (причиненный банковской организации ущерб - 283 302 482 550 руб. 31 коп.). Указанные уголовные дела были соединены в одном производстве по постановлению руководителя следственного органа от 10 июня 2019 года как расследуемые в отношении тех же лиц, совершивших несколько преступлений в соучастии.
Постановлением следователя от 20 июня 2019 года Н.Г. Черновой предъявлено обвинение по данному делу. Как указывалось, умышленными действиями в период с 1 октября 2013 года по 28 июля 2017 года Н.Г. Чернова совместно с иными участниками организованной группы совершила единое продолжаемое преступление, предусмотренное частью четвертой статьи 160 УК Российской Федерации и причинившее банковской организации ущерб в сумме 274 635 355 823 руб. 51 коп. Позднее ей предъявлено новое обвинение в совершении преступления.
13 марта 2020 года постановлением следователя из уголовного дела выделено в отдельное производство другое дело в отношении граждан Х., Н., Ш. и Н.Г. Черновой по отдельным фактам растраты денежных средств в 2014 - 2017 годах, поскольку, принимая во внимание большой объем дела, предполагаемая продолжительность предварительного следствия, необходимость проведения сложных, длительных и объемных комплексных судебных экспертиз могли бы затруднить доступ обвиняемых к правосудию в разумный срок. При этом следователем не усмотрено, что такое выделение может отразиться на всесторонности и эффективности предварительного расследования и разрешения уголовного дела. Полагая постановление следователя неправомерным, Н.Г. Чернова оспорила его в суд в порядке статьи 125 УПК Российской Федерации. Постановлением судьи от 12 мая 2020 года отказано в принятии ее жалобы ввиду отсутствия предмета проверки.
Апелляционным постановлением от 13 июля 2020 года решение суда первой инстанции оставлено без изменения. При этом отвергнут довод стороны защиты о том, что постановление следователя о выделении уголовного дела, в том числе в отношении Н.Г. Черновой, в отдельное производство вынесено без законных на то оснований, а созданная вследствие этого множественность инкриминируемых преступлений увеличит размер назначенного наказания в случае вынесения приговора. Как разъяснено, поставленный Н.Г. Черновой вопрос не может быть разрешен судом на досудебной стадии производства по делу, поскольку связан с проведением следственных действий по собиранию и проверке доказательств, оценка которых относится к исключительной компетенции суда, разрешающего уголовное дело по существу.
Постановлениями судьи Второго кассационного суда общей юрисдикции от 3 сентября 2020 года и судьи Верховного Суда Российской Федерации от 26 ноября 2020 года отказано в передаче кассационных жалоб стороны защиты для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции.
В этой связи заявительница просит признать не соответствующими Конституции Российской Федерации, ее статьям 21 (часть 1) и 46 (часть 2), следующие положения Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации:
статью 125 "Судебный порядок рассмотрения жалоб" в той мере, в какой данная норма по смыслу, придаваемому правоприменительной практикой, не предполагает возможность обжалования решения следователя о выделении уголовного дела в отдельное производство, что, по утверждению заявительницы, приводит к нарушению ее права на судебное разбирательство в разумный срок и к сохранению неопределенности в ее правовом статусе как участника уголовного процесса, позволяя продлевать в ее отношении применение мер, ограничивающих ее свободу и личную неприкосновенность;
часть вторую статьи 154 "Выделение уголовного дела", как нарушающую, со слов заявительницы, ее право на защиту от необоснованного уголовного преследования с искусственным созданием множественности преступлений и произвольным назначением наказания по совокупности приговоров.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
2.1. Статья 154 УПК Российской Федерации, предусматривающая возможность выделения уголовного дела в отдельное производство, является частью механизма, гарантирующего каждому судебную защиту его прав и свобод и предполагающего обязанность органов предварительного расследования и суда осуществлять производство по делу в разумный срок и без неоправданной задержки (статья 46, часть 1, Конституции Российской Федерации, статья 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и статья 6.1 УПК Российской Федерации). Закрепляя право дознавателя, следователя выделить из одного уголовного дела в отдельное производство другое уголовное дело, указанная статья оговаривает условия, при соблюдении которых такое выделение возможно. Так, согласно ее части второй в случаях, когда необходимость выделения вызвана большим объемом дела или множественностью его эпизодов, выделение дела в отдельное производство для завершения предварительного расследования допускается, если это не отразится на всесторонности и объективности предварительного расследования и разрешения дела.
Названная норма в единстве с частью четвертой статьи 7 этого Кодекса, устанавливающей требования законности, обоснованности и мотивированности решений, принимаемых должностными лицами в ходе уголовного судопроизводства, обязывают дознавателя, следователя при вынесении постановления о выделении уголовного дела в отдельное производство приводить соответствующее фактическое и правовое обоснование. Для обеспечения справедливого разрешения уголовного дела мотивировка такого решения должна основываться на конкретных обстоятельствах, подтверждающих необходимость его принятия и нашедших отражение в материалах дела, а также на нормах материального и процессуального права (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 14 января 2016 года N 96-О и от 23 июля 2020 года N 1867-О).
Тем самым статья 154 УПК Российской Федерации, закрепляющая - в целях не ограничения, а, наоборот, реализации конституционного права граждан на безотлагательную судебную защиту их прав и свобод - четкие основания и критерии для выделения уголовных дел в отдельное производство, какой-либо неопределенности, допускающей ее произвольное применение, не содержит. При этом решение о выделении дела в отдельное производство для завершения предварительного расследования не предрешает каким-либо образом вывод суда о виновности обвиняемого и не ставит его в неравное положение со стороной обвинения (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 15 июля 2008 года N 458-О-О и от 28 ноября 2019 года N 3202-О). К тому же данная норма не содержит положений, допускающих возможность выделения дела в целях осуществления уголовного преследования лица по одному и тому же обвинению одновременно в рамках нескольких дел, не предполагая, как отметил Конституционный Суд Российской Федерации, повторное уголовное преследование за одно и то же преступление (определения от 23 сентября 2010 года N 1127-О-О и от 19 декабря 2019 года N 3334-О).
Выделение же из уголовного дела отдельных эпизодов инкриминируемых деяний в другое дело во всяком случае не влечет повторное уголовное преследование лица за образуемое ими преступление. При этом оценка деяний как единого преступления или как совокупности преступлений производится с учетом направленности умысла виновного и исходя из фактических обстоятельств конкретного дела (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 26 ноября 2018 года N 2875-О), притом что на стадии предварительного расследования обвинение хотя и подтверждается собранными доказательствами, но не является окончательным (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 23 ноября 2017 года N 2773-О, от 29 мая 2018 года N 1349-О, от 20 декабря 2018 года N 3374-О и др.). Окончательная же юридическая оценка деяния и назначение наказания за него осуществляются именно и только судом исходя из его исключительных полномочий по осуществлению правосудия, установленных Конституцией Российской Федерации и уголовно-процессуальным законом (пункт 1 части первой статьи 29 УПК Российской Федерации) (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 2 июля 2013 года N 16-П).
Кроме того, статья 154 УПК Российской Федерации не имеет предметом своего регулирования правила определения множественности преступлений и назначения наказания по совокупности преступлений или совокупности приговоров.
2.2. Статья 125 УПК Российской Федерации в части первой закрепляет возможность обжалования в суд постановлений органа дознания, дознавателя, следователя, руководителя следственного органа об отказе в возбуждении уголовного дела, о прекращении уголовного дела, а равно иных действий (бездействия) и решений дознавателя, начальника подразделения дознания, начальника органа дознания, органа дознания, следователя, руководителя следственного органа и прокурора, которые способны причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства либо затруднить доступ граждан к правосудию.
Используемые в приведенной норме понятия, определяющие круг обжалуемых в предусмотренном ею порядке действий (бездействия) и решений органов предварительного расследования и прокурора, наполняются содержанием в зависимости от фактических обстоятельств конкретного уголовного дела и с учетом их толкования в правоприменительной практике. Данная норма, также действуя во взаимосвязи с частью четвертой статьи 7 этого Кодекса, во всяком случае не предполагает принятия по соответствующим жалобам граждан произвольных решений (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 27 мая 2010 года N 632-О-О, от 18 октября 2012 года N 1888-О, от 23 июля 2020 года N 1911-О и др.).
В свою очередь, постановление следователя о выделении уголовного дела в отдельное производство не затрудняет и не ограничивает доступ к правосудию, а, напротив, направлено на его обеспечение. Однако, как отметил Конституционный Суд Российской Федерации, не исключается возможность обжаловать в порядке статьи 125 УПК Российской Федерации решение осуществляющих производство по делу должностных лиц и органов об отказе в соединении уголовных дел, если такой отказ будет признан способным причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства, в частности если он повлиял или может повлиять на решение об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу или о продлении ее сроков (Определение от 14 января 2020 года N 6-О).
Вместе с тем из представленных Н.Г. Черновой материалов не следует, что постановление следователя о выделении уголовного дела в отдельное производство оспаривалось в защиту ее интересов в аспекте нарушения ее права на свободу и личную неприкосновенность.
При этом при осуществлении в период предварительного расследования судебного контроля за законностью и обоснованностью процессуальных актов органов дознания, следователей и прокуроров не должны предрешаться вопросы, которые впоследствии могут стать предметом судебного разбирательства по существу уголовного дела. Суд, исходя из фактических обстоятельств, устанавливает и то, сопряжена ли проверка законности обжалуемого процессуального акта с рассмотрением тех вопросов, которые подлежат разрешению при вынесении приговора (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 23 марта 1999 года N 5-П; определения Конституционного Суда Российской Федерации от 22 октября 2003 года N 385-О, от 17 июля 2014 года N 1764-О, от 27 сентября 2019 года N 2254-О, от 29 сентября 2020 года N 1961-О и др.).
Кроме того, на этапе предварительного расследования действия (бездействие) и решения следователя могут быть обжалованы прокурору, руководителю следственного органа, а руководителя следственного органа, прокурора - вышестоящим должностным лицам следственного органа и прокуратуры, которые по результатам рассмотрения жалобы выносят обоснованное и мотивированное постановление о полном или частичном удовлетворении жалобы либо об отказе в ее удовлетворении (часть четвертая статьи 7, часть первая статьи 123, части первая и вторая статьи 124 УПК Российской Федерации) (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 27 мая 2010 года N 778-О-О, от 18 октября 2012 года N 1888-О и от 22 апреля 2014 года N 928-О).
Таким образом, отсутствуют основания утверждать, что оспариваемые законоположения нарушают права Н.Г. Черновой в указанном ею аспекте. Установление же наличия оснований для принятия судом к рассмотрению в порядке статьи 125 УПК Российской Федерации конкретного обращения заявительницы с учетом обстоятельств ее дела, как и проверка обоснованности конкретных судебных решений к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, закрепленной в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", не относятся.
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Черновой Нины Геннадьевны, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН
------------------------------------------------------------------