КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
от 29 апреля 2025 г. N 1202-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНИНА ШАНОВА
ДАНИЯРА ТАЛГАТОВИЧА НА НАРУШЕНИЕ ЕГО КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ
ПУНКТОМ "Г" ЧАСТИ ПЕРВОЙ И ЧАСТЬЮ ЧЕТВЕРТОЙ СТАТЬИ 78
УГОЛОВНОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ И ПУНКТОМ 3 ЧАСТИ
ПЕРВОЙ СТАТЬИ 24, ЧАСТЬЮ ТРЕТЬЕЙ СТАТЬИ 214 И ЧАСТЬЮ ПЕРВОЙ,
ПУНКТОМ 1 ЧАСТИ ЧЕТВЕРТОЙ СТАТЬИ 214.1
УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей А.Ю. Бушева, Л.М. Жарковой, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, А.В. Коновалова, М.Б. Лобова, Н.В. Мельникова, В.А. Сивицкого,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина Д.Т. Шанова к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
1. Постановлением судьи районного суда, с которым согласились вышестоящие суды, разрешена отмена постановления следователя о прекращении уголовного преследования гражданина Д.Т. Шанова, вынесенного на основании пункта 3 части первой статьи 24 "Основания отказа в возбуждении уголовного дела или прекращения уголовного дела" УПК Российской Федерации в связи с истечением сроков давности. Принимая такое решение, суд исходил из необходимости квалификации действий заявителя по более тяжкой статье Уголовного кодекса Российской Федерации, срок давности привлечения к уголовной ответственности по которой не истек.
В этой связи заявитель просит признать не соответствующими статьям 19 и 55 Конституции Российской Федерации:
часть третью статьи 214 "Отмена постановления о прекращении уголовного дела или уголовного преследования" и часть первую, пункт 1 части четвертой статьи 214.1 "Судебный порядок получения разрешения отмены постановления о прекращении уголовного дела или уголовного преследования" УПК Российской Федерации в той мере, в какой они позволяют суду дать согласие на отмену постановления о прекращении уголовного дела после истечения сроков давности уголовного преследования в отсутствие новых сведений, подлежащих дополнительному расследованию, и только для переквалификации деяния на более тяжкое;
пункт 3 части первой статьи 24 УПК Российской Федерации и пункт "г" части первой, часть четвертую статьи 78 "Освобождение от уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности" УК Российской Федерации (с учетом разъяснений, данных в пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 года N 19 "О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности"), поскольку они наделяют суд правом не освобождать от ответственности в связи с истечением сроков давности лицо, обвиняемое в совершении преступления, наказуемого смертной казнью или пожизненным лишением свободы, несмотря на то, что данные виды наказаний с учетом положений статьи 66 "Назначение наказания за неоконченное преступление" УК Российской Федерации не могут быть применены, тем самым препятствуя прекращению уголовного преследования ввиду истечения срока давности.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
2.1. Согласно Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (часть четвертая статьи 7, пункт 3 части первой статьи 24, часть первая статьи 212, статья 213 и пункт 1 части первой статьи 254) орган или должностное лицо, осуществляющие уголовное судопроизводство, в зависимости от стадии, на которой выявлено истечение срока давности, прекращают уголовное дело и (или) уголовное преследование. При этом мотивировка таких решений должна базироваться на нормах материального и процессуального права, на доказательствах, подтверждающих само событие преступления, правильность квалификации содеянного, совершение деяния (подозрение в совершении) конкретным лицом, наличие в деянии всех признаков состава преступления, нашедших отражение в материалах дела (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 14 июля 2011 года N 16-П, от 7 марта 2017 года N 5-П, от 19 мая 2022 года N 20-П и от 18 июля 2022 года N 33-П).
Из предписаний Конституции Российской Федерации, обязывающих органы государственной власти, должностных лиц и граждан соблюдать Конституцию Российской Федерации и законы (статья 15, часть 2), гарантирующих государственную защиту прав и свобод человека и гражданина (статья 45, часть 1) и возлагающих на государство обеспечение потерпевшим от преступлений и злоупотреблений властью доступа к правосудию и компенсации причиненного ущерба (статья 52), вытекает возможность отменить постановление о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) как незаконное или необоснованное и возобновить производство по делу (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 27 декабря 2002 года N 300-О, от 22 октября 2003 года N 385-О и др.).
Юридическим фактом, дающим основание для прекращения уголовного дела и (или) уголовного преследования, служит истечение на момент (дату) принятия соответствующего процессуального решения периода, установленного статьей 78 УК Российской Федерации, исчисляемого со дня совершения преступления, с учетом возможного его приостановления, что зависит от полноты и точности установления обстоятельств произошедшего, а также правильности квалификации содеянного. В этой связи, если в соответствующих постановлениях неверно отражены существенно значимые обстоятельства события, ставшего предметом исследования по делу, либо им дана неправильная правовая оценка, такие обстоятельства ставят под сомнение основания для прекращения уголовного дела или уголовного преследования в связи с истечением срока давности, а потому предполагают (не исключают) отмену этих процессуальных решений, как не отвечающих критериям законности и обоснованности (статья 7 УПК Российской Федерации), и проведение следственных и процессуальных действий, направленных на исправление допущенных нарушений. Иное придавало бы допущенной ошибке легитимную значимость, приводило бы к отступлению от требований соблюдать Конституцию и законы, справедливости и равенства перед законом и судом, исключало бы право на судебную защиту, а потому нарушало бы требования статей 15 (часть 2), 18, 19 (часть 1), 46 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации.
В этой связи судебный порядок получения разрешения отмены постановления о прекращении уголовного дела или уголовного преследования (статьи 214 и 214.1 УПК Российской Федерации) не может расцениваться как нарушающий права заявителя.
2.2. Как указал Конституционный Суд Российской Федерации, федеральный законодатель, действуя в рамках предоставленных ему дискреционных полномочий, предусмотрел в Уголовном кодексе Российской Федерации основания отказа от уголовного преследования определенной категории лиц и прекращения в отношении них уголовного преследования, включая такое нереабилитирующее основание, как истечение сроков давности уголовного преследования. Закрепляя в статье 78 данного Кодекса правила, согласно которым лицо освобождается от уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности, определяемых в зависимости от тяжести преступления и исчисляемых со дня совершения преступления и до момента вступления приговора суда в законную силу, а в случае совершения лицом нового преступления сроки давности по каждому преступлению исчисляются самостоятельно (части первая и вторая), федеральный законодатель, реализуя в уголовном судопроизводстве принцип гуманизма, исходил из нецелесообразности применения мер уголовной ответственности ввиду значительного уменьшения общественной опасности преступления по прошествии значительного времени с момента его совершения (Постановление от 2 марта 2017 года N 4-П; определения от 19 июня 2012 года N 1220-О, от 5 июня 2014 года N 1309-О и др.).
Уголовный кодекс Российской Федерации - единственный законодательный акт, определяющий преступность деяния, его наказуемость и иные уголовно-правовые последствия (часть первая статьи 3), которые, исходя из принципа справедливости, должны соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного (часть первая статьи 6). При этом вид и размер предусмотренного за преступление наказания служат внешними формализованными показателями, отражающими характер и степень общественной опасности деяния, уменьшение которой связывается с истечением сроков, установленных в статье 78 данного Кодекса (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 20 мая 2014 года N 16-П; определения Конституционного Суда Российской Федерации от 21 мая 2015 года N 1178-О и от 27 сентября 2018 года N 2198-О).
Соответственно, положения статьи 78 УК Российской Федерации исходят из наиболее строгого наказания, указанного в санкции соответствующей статьи Особенной его части, а не из наказания, которое может быть назначено подсудимому с учетом положений Общей части данного Кодекса, в том числе его статьи 66. Не придается иной смысл этим положениям и в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 года N 19 "О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности" (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 27 сентября 2018 года N 2198-О, от 25 апреля 2019 года N 1172-О, от 28 мая 2020 года N 1331-О, от 27 октября 2022 года N 2921-О и др.).
Таким образом, оспариваемые заявителем законоположения не могут расцениваться как нарушающие его конституционные права в указанных им аспектах, а потому данная жалоба, как не отвечающая критерию допустимости обращений в Конституционный Суд Российской Федерации, не может быть принята Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению.
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Шанова Данияра Талгатовича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН
------------------------------------------------------------------