КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
от 27 октября 2022 г. N 2921-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНИНА
УЖЕНЦЕВА МИХАИЛА ЕВГЕНЬЕВИЧА НА НАРУШЕНИЕ ЕГО
КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ ПУНКТОМ "К" ЧАСТИ ПЕРВОЙ СТАТЬИ 63,
ПУНКТОМ "Г" ЧАСТИ ПЕРВОЙ И ЧАСТЬЮ ЧЕТВЕРТОЙ СТАТЬИ 78
УГОЛОВНОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ, СТАТЬЕЙ 252
УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей А.Ю. Бушева, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова,
рассмотрев по требованию гражданина М.Е. Уженцева вопрос о возможности принятия его жалобы к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
1. Гражданин М.Е. Уженцев, привлеченный к уголовной ответственности, просит признать не соответствующими статьям 19 (часть 1), 46 (часть 1), 49, 50 (часть 1), 54 (часть 1), 55 (части 2 и 3) и 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации:
пункт "г" части первой и часть четвертую статьи 78 "Освобождение от уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности" УК Российской Федерации, которые, по его мнению, позволяют суду, руководствуясь постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 года N 19 "О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности", ухудшающим положение лиц, совершивших уголовно наказуемые деяния до его издания, не освобождать их от уголовной ответственности за совершение деяния, не наказуемого пожизненным лишением свободы или смертной казнью, в частности за покушение на квалифицированное убийство;
пункт "к" части первой статьи 63 "Обстоятельства, отягчающие наказание" данного Кодекса и статью 252 "Пределы судебного разбирательства" УПК Российской Федерации, которые, как полагает М.Е. Уженцев, позволили суду апелляционной инстанции, руководствуясь Определением Конституционного Суда Российской Федерации от 20 декабря 2018 года N 3374-О, выйти за рамки предъявленного ему обвинения, установив в его действиях наличие отягчающего наказание обстоятельства.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
Как указал Конституционный Суд Российской Федерации, федеральный законодатель, действуя в рамках предоставленных ему дискреционных полномочий, предусмотрел в Уголовном кодексе Российской Федерации основания отказа от уголовного преследования определенной категории лиц и прекращения в отношении них уголовного преследования, включая такое нереабилитирующее основание, как истечение сроков давности. Закрепляя в статье 78 данного Кодекса правила, согласно которым лицо освобождается от уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности, определяемых в зависимости от тяжести преступления и исчисляемых со дня совершения преступления и до момента вступления приговора суда в законную силу, а в случае совершения лицом нового преступления сроки давности по каждому преступлению исчисляются самостоятельно (части первая и вторая), федеральный законодатель, реализуя в уголовном судопроизводстве принцип гуманизма, исходил из нецелесообразности применения мер уголовной ответственности ввиду значительного уменьшения общественной опасности преступления по прошествии значительного времени с момента его совершения (Постановление от 2 марта 2017 года N 4-П; определения от 19 июня 2012 года N 1220-О, от 5 июня 2014 года N 1309-О и др.). При этом согласно части четвертой статьи 78 данного Кодекса вопрос о применении сроков давности к лицу, совершившему преступление, наказуемое смертной казнью или пожизненным лишением свободы, решается судом; если суд не сочтет возможным освободить указанное лицо от уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности, то смертная казнь и пожизненное лишение свободы не применяются.
Уголовный кодекс Российской Федерации - единственный законодательный акт, определяющий преступность деяния, его наказуемость и иные уголовно-правовые последствия (часть первая статьи 3), которые, исходя из принципа справедливости, должны соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного (часть первая статьи 6). При этом вид и размер предусмотренного за преступление наказания служат внешними формализованными показателями, отражающими характер и степень общественной опасности деяния (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 20 мая 2014 года N 16-П; определения Конституционного Суда Российской Федерации от 21 мая 2015 года N 1178-О и от 27 сентября 2018 года N 2198-О), уменьшение которой связывается с истечением сроков, установленных в статье 78 данного Кодекса.
Соответственно, положения статьи 78 УК Российской Федерации исходят из наиболее строгого наказания, указанного в санкции соответствующей статьи Особенной его части, а не из наказания, которое может быть назначено подсудимому с учетом положений Общей части данного Кодекса. Не придается иной смысл этим положениям и в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 года N 19 "О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности" (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 25 апреля 2019 года N 1172-О и от 28 мая 2020 года N 1331-О).
Таким образом, пункт "г" части первой и часть четвертая статьи 78 УК Российской Федерации не могут расцениваться как нарушающие права заявителя в указанном им аспекте.
Что же касается пункта "к" части первой статьи 63 УК Российской Федерации и статьи 252 УПК Российской Федерации, то, как следует из жалобы, поставив вопрос о проверке их конституционности, М.Е. Уженцев утверждает, что суд апелляционной инстанции вышел за пределы предъявленного обвинения, поскольку в нарушение положений статей 9 и 10 УК Российской Федерации руководствовался Определением Конституционного Суда Российской Федерации от 20 декабря 2018 года N 3374-О, которое было принято после совершения им инкриминируемого деяния, при этом специальные средства, оружие и боеприпасы не были обнаружены и изъяты правоохранительными органами в его деле, соответственно, экспертные исследования по ним не проводились, вместе с тем суд кассационной инстанции оставил решение суда апелляционной инстанции без изменения, что позволяет утверждать о нарушении конституционных норм вынесенными по его делу судебными решениями. Тем самым, по существу, заявитель предлагает Конституционному Суду Российской Федерации дать оценку не оспариваемым им положениям, а вынесенным по его конкретному делу судебным решениям. Между тем оценка законности и обоснованности правоприменительных решений, вынесенных по конкретному делу заявителя, требует исследования фактических обстоятельств и выходит за рамки полномочий, предоставленных Конституционному Суду Российской Федерации.
Исходя из изложенного и руководствуясь частью второй статьи 40, пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Уженцева Михаила Евгеньевича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН
------------------------------------------------------------------