КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
от 26 апреля 2021 г. N 676-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНКИ
КУРГАНСКОЙ ТАМАРЫ МИХАЙЛОВНЫ НА НАРУШЕНИЕ ЕЕ КОНСТИТУЦИОННЫХ
ПРАВ ПОЛОЖЕНИЯМИ ГЛАВЫ 52 ГРАЖДАНСКОГО КОДЕКСА
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, Г.А. Гаджиева, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, В.Г. Ярославцева,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданки Т.М. Курганской к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
1. Гражданка Т.М. Курганская оспаривает конституционность положений главы 52 "Агентирование" ГК Российской Федерации.
Как следует из представленных материалов, индивидуальному предпринимателю Т.М. Курганской отказано в удовлетворении административного искового заявления о признании незаконным решения о доначислении налога по упрощенной системе налогообложения, привлечении к ответственности, начислении штрафных санкций и пени. Принимая такое решение, суды исходили из того, что правоотношения, сложившиеся между Т.М. Курганской и перевозчиками, привлеченными заявительницей для целей исполнения ее обязательств по перевозке грузов перед третьими лицами, не могут рассматриваться как посреднические согласно положениям главы 52 "Агентирование" ГК Российской Федерации, поскольку сделка, совершенная до установления отношений по агентскому договору, не может быть признана заключенной агентом во исполнение указаний принципала.
Т.М. Курганская полагает, что оспариваемые нормы противоречат статьям 1 (часть 1), 2, 4 (часть 2), 8, 9 (часть 2), 15 (части 1, 2 и 4), 17 (часть 1), 35 (части 1 и 3), 36, 45 (часть 1), 46 (часть 1), 50 (часть 1), 55 (часть 3), 120 (часть 1) и 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации, а также статье 6 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод в той мере, в какой они по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, не предполагают возможности заключения агентского договора в отношении другого, уже действующего договора.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
Положения главы 52 ГК Российской Федерации определяют понятие агентского договора, а также раскрывают содержание возникающего из такого договора обязательственного правоотношения, основания его прекращения и особенности правового регулирования.
В силу пункта 1 статьи 1005 ГК Российской Федерации, по агентскому договору одна сторона (агент) обязуется за вознаграждение совершать по поручению другой стороны (принципала) юридические и иные действия от своего имени, но за счет принципала либо от имени и за счет принципала. Учитывая, что одной из целей заключения агентского договора является установление обязательства агента действовать по поручению принципала, данным обязательством не могут охватываться действия, совершенные агентом до момента его возникновения (пункт 6 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17 ноября 2004 года N 85 "Обзор практики разрешения споров по договору комиссии").
Таким образом, положения главы 52 ГК Российской Федерации сами по себе не могут расцениваться как нарушающие в обозначенном в жалобе аспекте конституционные права и свободы заявительницы, которая, исходя из принципов частной автономии и свободы договора (пункты 1 и 2 статьи 1, статья 421 ГК Российской Федерации), не была лишена возможности надлежащим образом урегулировать свои отношения с контрагентами.
Кроме того, вопреки требованию пункта 6 части второй статьи 37 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" в жалобе Т.М. Курганской не указаны конкретные положения главы 52 ГК Российской Федерации, конституционность которых она оспаривает. Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, предмет рассмотрения должен быть указан самим заявителем как непосредственным носителем подлежащего конституционно-правовой защите интереса и не может определяться по собственной инициативе Конституционным Судом Российской Федерации (определения от 25 февраля 2016 года N 307-О, от 25 октября 2018 года N 2700-О и др.). Поскольку Федеральным конституционным законом "О Конституционном Суде Российской Федерации" специально не предусмотрена возможность Конституционного Суда Российской Федерации самостоятельно определять предмет обращения заявителя в случае отсутствия ясности в вопросе о том, какие именно положения оспариваются (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 28 сентября 2017 года N 1820-О, от 24 апреля 2018 года N 1085-О и др.), данная жалоба не может расцениваться как отвечающая критерию допустимости обращений в Конституционный Суд Российской Федерации.
Разрешение же поставленного в жалобе вопроса, не связанного с проверкой конституционности нормативного акта, не относится к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, как она определена в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации".
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Курганской Тамары Михайловны, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН
------------------------------------------------------------------