КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
от 24 ноября 2016 г. N 2549-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНИНА
МАКАРОВА ДМИТРИЯ АЛЕКСАНДРОВИЧА НА НАРУШЕНИЕ ЕГО
КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ СТАТЬЕЙ 401.6 И ЧАСТЬЮ ПЕРВОЙ СТАТЬИ
401.15 УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ
ФЕДЕРАЦИИ, А ТАКЖЕ ЧАСТЯМИ ПЕРВОЙ И ВТОРОЙ СТАТЬИ 64
УГОЛОВНОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, О.С. Хохряковой,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина Д.А. Макарова к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
1. Приговором суда от 21 октября 2014 года, оставленным без изменения апелляционным определением от 24 декабря 2014 года, гражданину Д.А. Макарову за совершение преступления, квалифицированного по части третьей статьи 228 УК Российской Федерации, было назначено наказание - с применением правил статьи 64 этого Кодекса о назначении более мягкого наказания (ниже низшего предела) - в виде лишения свободы на срок семь лет.
По результатам рассмотрения кассационной жалобы стороны защиты постановлением президиума суда автономного округа от 22 апреля 2016 года вынесенные в отношении Д.А. Макарова судебные решения изменены: содеянное переквалифицировано на часть вторую статьи 228 УК Российской Федерации, в связи с чем срок наказания сокращен до четырех лет лишения свободы; при этом суд кассационной инстанции, в отличие от нижестоящих судов, не усмотрел оснований для назначения наказания ниже низшего предела санкции данной нормы. Полагая, что подобным решением положение осужденного было ухудшено после истечения годичного срока со дня вступления приговора в силу, сторона защиты обратилась с кассационной жалобой в Верховный Суд Российской Федерации, однако постановлением судьи этого Суда от 8 июня 2016 года в ее передаче для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции отказано, с чем согласился заместитель Председателя Верховного Суда Российской Федерации (решение от 20 июля 2016 года).
В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации Д.А. Макаров просит признать не соответствующими статьям 15 (часть 4), 17 (часть 1), 18, 19, 21, 33, 45, 46 (часть 1), 50, 55 (часть 3), 56 и 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации, а также статье 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и пункту 1 статьи 4 Протокола N 7 к ней статью 401.6 "Поворот к худшему при пересмотре приговора, определения, постановления суда в кассационной инстанции" и часть первую статьи 401.15 "Основания отмены или изменения судебного решения при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке" УПК Российской Федерации во взаимосвязи с частями первой и второй статьи 64 "Назначение более мягкого наказания, чем предусмотрено за данное преступление" УК Российской Федерации. По утверждению заявителя, эти нормы по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, позволяют суду кассационной инстанции ухудшать положение осужденного, отказывая по истечении года со дня вступления в законную силу оспариваемых судебных решений в применении правил назначения наказания ниже низшего предела, которые ранее были применены нижестоящими судами, и не признавать данное обстоятельство в качестве существенного нарушения закона, повлиявшего на исход дела.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
Исходя из Конституции Российской Федерации и в предусмотренных ею пределах федеральный законодатель, реализуя свои полномочия, определяет содержание положений уголовного закона, устанавливает преступность тех или иных общественно опасных деяний, их наказуемость, а также порядок привлечения виновных лиц к уголовной ответственности, учитывая при этом степень распространенности таких деяний, значимость охраняемых законом ценностей, на которые они посягают, и существенность причиняемого ими вреда, а также невозможность их преодоления с помощью иных правовых средств. Введение законом уголовной ответственности за то или иное деяние является свидетельством достижения им такого уровня общественной опасности, при котором для восстановления нарушенных общественных отношений требуется использование государственных сил и средств (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 27 июня 2005 года N 7-П).
Соответственно, меры, устанавливаемые в уголовном законе в целях защиты конституционно значимых ценностей, должны определяться исходя из требования адекватности порождаемых ими последствий (прежде всего для лица, в отношении которого они применяются) тому вреду, который причинен в результате преступного деяния, или опасности причинения вреда, с тем чтобы обеспечивалась соразмерность наказания совершенному преступлению (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 7 июля 2016 года N 1426-О). Именно поэтому Уголовный кодекс Российской Федерации предусматривает, что наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми, т.е. соответствовать характеру и степени опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного (часть первая статьи 6).
При этом характер общественной опасности преступления определяется уголовным законом и зависит от установленных судом признаков состава преступления, а степень общественной опасности преступления оценивается судом в зависимости от конкретных обстоятельств содеянного, в частности от характера и размера наступивших последствий, способа совершения преступления, роли подсудимого в преступлении, совершенном в соучастии, от вида умысла либо неосторожности (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 декабря 2015 года N 58 "О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания").
Статья же 64 УК Российской Федерации, в свою очередь, закрепляет возможность назначения наказания ниже низшего предела, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части данного Кодекса, либо более мягкого вида наказания, чем предусмотрен такой статьей, в случаях, если судом установлено наличие исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, а равно при активном содействии участника группового преступления раскрытию этого преступления (часть первая); исключительными могут быть признаны как отдельные смягчающие обстоятельства, так и совокупность таких обстоятельств (часть вторая).
Введение данного регулирования конкретизирует в уголовном законе конституционные начала справедливости и гуманности и преследует цель уменьшения уголовной репрессии до необходимого минимума принудительных мер, обеспечивающих достижение целей наказания (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2008 года N 941-О-О, от 29 января 2009 года N 16-О-О, от 24 декабря 2012 года N 2342-О, от 16 июля 2015 года N 1591-О и др.).
При этом статья 64 УК Российской Федерации, являясь нормой Общей части уголовного закона, подлежит применению не сама по себе, а лишь во взаимосвязи с положениями его Особенной части. Соответственно, при назначении наказания и решении вопроса о применении статьи 64 данного Кодекса как судом первой инстанции, так и вышестоящим судом, изменившим квалификацию содеянного виновным на менее строгую статью (часть статьи) Особенной части УК Российской Федерации, должна быть сопоставлена законодательная оценка общественной опасности преступления, отраженная в санкции соответствующей нормы, с его действительной степенью общественной опасности, установленной судом с учетом фактических обстоятельств конкретного дела.
Что касается статьи 401.6 УПК Российской Федерации, то она, прямо ограничивая возможность поворота к худшему при пересмотре приговора, определения, постановления суда в кассационной инстанции, носит гарантийный характер. Часть же первая статьи 401.15 данного Кодекса какой-либо неопределенности не содержит (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 17 февраля 2015 года N 301-О, от 23 июня 2015 года N 1320-О, от 26 мая 2016 года N 983-О, от 29 сентября 2016 года N 1815-О и др.) и отвечает назначению и месту кассационного производства как дополнительного способа защиты прав участников уголовного процесса.
Таким образом, оспариваемые заявителем нормы не могут расцениваться как нарушающие его конституционные права в указанном им аспекте, а потому его жалоба, как не отвечающая критерию допустимости, закрепленному Федеральным конституционным законом "О Конституционном Суде Российской Федерации", не может быть принята Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению.
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Макарова Дмитрия Александровича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН
------------------------------------------------------------------