Законодательство РФ

Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2021 N 43-КГ21-2-К6

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 28 июня 2021 г. N 43-КГ21-2-К6

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего Пчелинцевой Л.М.,

судей Гуляевой Г.А., Вавилычевой Т.Ю.

рассмотрела в открытом судебном заседании 28 июня 2021 г. кассационную жалобу Гильзатова Рафика Набиевича на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Удмуртской Республики от 26 августа 2020 г., определение судебной коллегии по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 3 декабря 2020 г.

по делу N 2-206/2020 (УИД 18RS0024-01-2020-000098-87) Сарапульского районного суда Удмуртской Республики по иску Гильзатова Рафика Набиевича к федеральному государственному унитарному предприятию "Ведомственная охрана" Министерства энергетики Российской Федерации о признании срочного трудового договора заключенным на неопределенный срок, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Гуляевой Г.А., возражения на кассационную жалобу представителей федерального государственного унитарного предприятия "Охрана" Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации по доверенностям Москвина Е.В., Дегтярева А.Ю., Булахова В.В., Блашкиной Ю.А., заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Власовой Т.А., полагавшей судебные постановления судов апелляционной и кассационной инстанций подлежащими отмене с направлением делам на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции,

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

установила:

Гильзатов Р.Н. 11 февраля 2020 г. обратился в суд с иском к федеральному государственному унитарному предприятию "Ведомственная охрана" Министерства энергетики Российской Федерации (далее также - ФГУП "Ведомственная охрана" Министерства энергетики Российской Федерации, работодатель) о признании срочного трудового договора заключенным на неопределенный срок, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда.

В обоснование исковых требований Гильзатов Р.Н. ссылался на то, что с 22 января 2018 г. состоял в трудовых отношениях с ФГУП "Ведомственная охрана" Министерства энергетики Российской Федерации в лице Пермского филиала, работал в должности контролера, с ним на период с 22 января по 31 декабря 2018 г. был заключен срочный трудовой договор N 17-18. Дополнительным соглашением от 29 декабря 2018 г. в этот трудовой договор внесены изменения в части срока его действия и указано, что трудовой договор от 22 января 2018 г. заключен на определенный срок с 1 января по 31 марта 2019 г.

16 мая 2019 г. между Гильзатовым Р.Н. и ФГУП "Ведомственная охрана" Министерства энергетики Российской Федерации в лице директора Пермского филиала вновь заключен срочный трудовой договор N 174-19, по условиям которого Гильзатов Р.Н. принят на должность контролера в Пермский филиал ФГУП "Ведомственная охрана" Министерства энергетики Российской Федерации, местом работы Гильзатова Р.Н. определен г. Сарапул. В пункте 2.1 трудового договора от 16 мая 2019 г. указано, что он заключен на определенный срок на период с 16 мая по 31 декабря 2019 г., обстоятельством (причиной), послужившим основанием для заключения срочного трудового договора в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации (иным федеральным законом), является заведомо определенный объем услуг (выполнение заведомо определенной работы), оказываемых работодателем по договору охраны.

23 декабря 2019 г. Гильзатов Р.Н. был уведомлен работодателем об истечении 31 декабря 2019 г. срока трудового договора от 16 мая 2019 г. и о прекращении с ним трудовых отношений 31 декабря 2019 г. по пункту 2 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с истечением срока трудового договора.

Приказом директора Пермского филиала ФГУП "Ведомственная охрана" Министерства энергетики Российской Федерации от 27 декабря 2019 г. N 1797/лс Гильзатов Р.Н. уволен с должности контролера по пункту 2 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (истечение срока трудового договора).

По мнению Гильзатова Р.Н., его увольнение с должности контролера ФГУП "Ведомственная охрана" Министерства энергетики Российской Федерации по пункту 2 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с истечением срока трудового договора от 16 мая 2019 г. является незаконным, поскольку указанное в трудовом договоре основание его заключения отсутствует в статье 59 Трудового кодекса Российской Федерации, работодатель (ФГУП "Ведомственная охрана" Министерства энергетики Российской Федерации) неоднократно заключал с Гильзатовым Р.М. срочные трудовые договоры на непродолжительный срок для выполнения им одной и той же трудовой функции по должности контролера, которая не предполагает выполнение работы в определенный срок.

По приведенным основаниям Гильзатов Р.Н. со ссылкой на положения статей 58, 59 Трудового кодекса Российской Федерации просил суд признать трудовой договор от 16 мая 2019 г. N 174-19 заключенным на неопределенный срок; признать его увольнение незаконным и восстановить на работе в Пермском филиале ФГУП "Ведомственная охрана" Министерства энергетики Российской Федерации в должности контролера; взыскать с ответчика заработную плату за время вынужденного прогула с 1 января 2020 г. по день восстановления на работе и компенсацию морального вреда в размере 30 000 руб.

Представитель ответчика ФГУП "Ведомственная охрана" Министерства энергетики Российской Федерации в суде исковые требования Гильзатова Р.Н. не признал.

Решением Сарапульского районного суда Удмуртской Республики от 11 марта 2020 г. исковые требования Гильзатова Р.Н. оставлены без удовлетворения.

Определением Сарапульского районного суда Удмуртской Республики от 22 июня 2020 г. о процессуальном правопреемстве произведена замена ответчика ФГУП "Ведомственная охрана" Министерства энергетики Российской Федерации на правопреемника - федеральное государственное унитарное предприятие "Охрана" Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации (в связи с прекращением деятельности ФГУП "Ведомственная охрана" Министерства энергетики Российской Федерации путем реорганизации в форме присоединения к федеральному государственному унитарному предприятию "Охрана" Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации).

Истцом Гильзатовым Р.Н. на решение Сарапульского районного суда Удмуртской Республики от И марта 2020 г. была подана апелляционная жалоба.

Установив, что дело рассмотрено судом первой инстанции в отсутствие прокурора, не извещенного о времени и месте судебного разбирательства, судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Удмуртской Республики определением от 10 августа 2020 г. перешла к рассмотрению дела по иску Гильзатова Р.Н. к ФГУП "Ведомственная охрана" Министерства энергетики Российской Федерации о признании срочного трудового договора заключенным на неопределенный срок, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Удмуртской Республики от 26 августа 2020 г. решение суда первой инстанции отменено, по делу принято новое решение, которым исковые требования Гильзатова Р.Н. оставлены без удовлетворения.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 3 декабря 2020 г. апелляционное определение суда апелляционной инстанции оставлено без изменения.

В поданной в Верховный Суд Российской Федерации кассационной жалобе Гильзатова Р.Н. ставится вопрос об отмене апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Удмуртской Республики от 26 августа 2020 г. и определения судебной коллегии по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 3 декабря 2020 г., как незаконных.

По результатам изучения доводов кассационной жалобы судьей Верховного Суда Российской Федерации Гуляевой Г.А. 3 марта 2021 г. дело было истребовано в Верховный Суд Российской Федерации, и ее же определением от 24 мая 2021 г. кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

Истец Гильзатов Р.Н., надлежащим образом извещенный о времени и месте рассмотрения дела в кассационном порядке, в судебное заседание суда кассационной инстанции не явился, сведений о причинах неявки не представил. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь частью 4 статьи 390.12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие истца.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, письменных возражений на нее представителя федерального государственного унитарного предприятия "Охрана" Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации Москвина Е.В., Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит жалобу подлежащей удовлетворению, поскольку имеются основания для отмены в кассационном порядке обжалуемых апелляционного определения суда апелляционной инстанции и определения кассационного суда общей юрисдикции.

Основаниями для отмены или изменения судебной коллегией Верховного Суда Российской Федерации судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права и (или) норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов (статья 390.14 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации приходит к выводу о том, что при рассмотрении настоящего дела судом апелляционной инстанции и кассационным судом общей юрисдикции были допущены такого рода существенные нарушения норм материального и процессуального права, и они выразились в следующем.

Из материалов дела следует, что приказом Министра энергетики Российской Федерации от 13 июня 2013 г. N 296 утвержден Устав ФГУП "Ведомственная охрана" Министерства энергетики Российской Федерации (далее - Устав).

Согласно пунктам 2.1, 2.2 Устава ФГУП "Ведомственная охрана" Министерства энергетики Российской Федерации создано в целях охраны объектов топливно-энергетического комплекса, иных объектов, находящихся в ведении и установленной сфере деятельности Министерства энергетики Российской Федерации, обеспечения их защиты от противоправных посягательств, а также получения прибыли. Для достижения целей, указанных в пункте 2.1 Устава, предприятие осуществляет в установленном законодательством Российской Федерации порядке деятельность, в том числе защиту охраняемых объектов от противоправных посягательств (пункт 2.2.1 Устава); обеспечение на охраняемых объектах пропускного и внутриобъектового режима (пункт 2.2.2 Устава); предупреждение и пресечение преступлений и административных правонарушений на охраняемых объектах; принятие мер к пресечению (профилактике) на охраняемых объектах преступлений и административных правонарушений (пункт 2.2.3 Устава).

Судом апелляционной инстанции установлено, что 22 января 2018 г. Гильзатов Р.Н. был принят на работу в Пермский филиал ФГУП "Ведомственная охрана" Министерства энергетики Российской Федерации на должность контролера, с ним 22 января 2018 г. был заключен срочный трудовой договор N 17-18 (далее - трудовой договор от 22 января 2018 г.). Согласно пункту 2.1 трудового договора от 22 января 2018 г. местом работы Гильзатова Р.Н. определен г. Сарапул, трудовой договор заключен на определенный срок с 22 января по 31 декабря 2018 г., обстоятельством (причиной), послужившим основанием для заключения срочного трудового договора в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации (иным федеральным законом), является заведомо определенный объем услуг (выполнение заведомо определенной работы), оказываемых работодателем по договору охраны.

29 декабря 2018 г. между Гильзатовым Р.Н. и Пермским филиалом ФГУП "Ведомственная охрана" Министерства энергетики Российской Федерации заключено дополнительное соглашение к трудовому договору от 22 января 2018 г., которым внесены изменения в пункт 2.1 трудового договора в части срока его действия и указано, что трудовой договор заключен на определенный срок с 1 января по 31 марта 2019 г., обстоятельством (причиной), послужившим основанием для заключения срочного трудового договора, является заведомо определенный объем услуг (выполнение заведомо определенной работы), оказываемых работодателем по договору охраны соответствующего объекта топливно-энергетического комплекса (Сарапульская ТЭЦ) с 1 января по 31 марта 2019 г.

Приказом директора Пермского филиала ФГУП "Ведомственная охрана" Министерства энергетики Российской Федерации от 27 марта 2019 г. трудовой договор от 22 января 2018 г. с Гильзатовым Р.Н. расторгнут и Гильзатов Р.Н. уволен с должности контролера по пункту 2 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с сокращением штата работников организации.

07 мая 2019 г. между обществом с ограниченной ответственностью "Губахинская энергетическая компания" (заказчик) и ФГУП "Ведомственная охрана" Министерства энергетики Российской Федерации (исполнитель) заключен договор на охранные услуги, предметом которого являлось оказание исполнителем заказчику услуги по охране Сарапульской ТЭЦ путем обеспечения пропускного и внутриобъектового режима. Договором в том числе определены период оказания услуг с 1 апреля по 31 декабря 2019 г. и место оказания услуг - Удмуртская Республика, г. Сарапул, ул. Электрозаводская, 1 "Б".

14 мая 2019 г. Гильзатов Р.Н. обратился к директору Пермского филиала ФГУП "Ведомственная охрана" Министерства энергетики Российской Федерации с заявлением о приеме на работу на должность контролера для охраны объектов, находящихся в г. Перми (г. Березники, г. Губаха, г. Чайковский, г. Добрянка, п. Яйва Пермского края), в Удмуртской Республике (г. Ижевск, г. Сарапул), в г. Кирове, г. Кирово-Чепецке, на период с 16 мая по 31 декабря 2019 г., где, в том числе указал, что принял на себя обязательство пройти обучение за свой счет по программе подготовки сотрудников государственных предприятий, которым разрешено ношение огнестрельного оружия, и пройти периодическую проверку в течение месяца со дня приема на работу.

16 мая 2019 г. между Гильзатовым Р.Н. и ФГУП "Ведомственная охрана" Министерства энергетики Российской Федерации в лице директора Пермского филиала заключен трудовой договор N 174-19 (далее - трудовой договор от 16 мая 2019 г.). В соответствии с пунктом 2.1 трудового договора договор заключен на определенный срок на период с 16 мая по 31 декабря 2019 г., обстоятельством (причиной), послужившим основанием для заключения срочного трудового договора в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации (иным федеральным законом), является заведомо определенный объем услуг (выполнение заведомо определенной работы), оказываемых работодателем по договору охраны.

23 декабря 2019 г. Гильзатов Р.Н. был уведомлен работодателем об истечении 31 декабря 2019 г. срока трудового договора от 16 мая 2019 г. и о прекращении с ним трудовых отношений 31 декабря 2019 г. по пункту 2 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с истечением срока трудового договора.

Приказом директора Пермского филиала ФГУП "Ведомственная охрана" Министерства энергетики Российской Федерации от 27 декабря 2019 г. N 1797/лс действие трудового договора от 16 мая 2019 г. прекращено и Гильзатов Р.Н. уволен с должности контролера по пункту 2 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (истечение срока трудового договора).

Разрешая спор по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, и отказывая Гильзатову Р.Н. в удовлетворении исковых требований о признании срочного трудового договора от 16 мая 2019 г. заключенным на неопределенный срок, суд апелляционной инстанции сослался на статью 59 Трудового кодекса Российской Федерации, постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" и указал на то, что ФГУП "Ведомственная охрана" Министерства энергетики Российской Федерации с Гильзатовым Р.Н. обоснованно заключен срочный трудовой договор, так как трудовые отношения с Гильзатовым Р.Н. могли иметь место только при наличии определенного объема работ, обеспечиваемого ФГУП "Ведомственная охрана" Министерства энергетики Российской Федерации посредством заключения договоров на оказание охранных услуг. При этом заведомо определенной работой для Гильзатова Р.Н. являлась работа контролера на период действия договора на оказание охранных услуг, заключенного 7 мая 2019 г. ФГУП "Ведомственная охрана" Министерства энергетики Российской Федерации с ООО "Губахинская энергетическая компания" - с 1 апреля по 31 декабря 2019 г.

Суд апелляционной инстанции счел, что поскольку Гильзатов Р.Н. дал согласие на заключение трудового договора от 16 мая 2019 г. на определенный срок, знал о возможности его прекращения по истечении этого срока и обстоятельств, указывающих на вынужденность заключения с Гильзатовым Р.Н. срочного трудового договора, не установлено, то оснований для признания трудового договора от 16 мая 2019 г. заключенным на неопределенный срок не имеется.

По мнению суда апелляционной инстанции, условия заключения срочного трудового договора с Гильзатовым Р.Н. соответствуют положениям абзаца шестого части 1 статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации (заключение срочного трудового договора для проведения работ, связанных с заведомо временным (до одного года) расширением производства или объема оказываемых услуг).

Сославшись на то, что порядок увольнения по пункту 2 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации работодателем был соблюден и не оспаривался истцом, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что оснований для признания увольнения Гильзатова Р.Н. незаконным и его восстановления на работе не имеется.

Кассационный суд общей юрисдикции признал выводы суда апелляционной инстанции правильными, дополнительно отметив, что прекращение договоров на предоставление охранных услуг, заключенных между ФГУП "Ведомственная охрана" Министерства энергетики Российской Федерации и ООО "Губахинская энергетическая компания", делало бы невозможным продолжение трудовых отношений между истцом и ответчиком, поскольку исключало бы для работодателя возможность обеспечить работника работой по согласованной сторонами при заключении трудового договора трудовой функции; факт неоднократного заключения трудовых договоров с Гильзатовым Р.Н. не свидетельствует о бессрочном характере трудовых отношений, так как напрямую связан с заключением договоров на оказание охранных услуг с ФГУП "Ведомственная охрана" Министерства энергетики Российской Федерации и сроками действия этих договоров.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации считает, что выводы судов апелляционной и кассационной инстанций сделаны с существенным нарушением норм материального и процессуального права.

Трудовые отношения, как следует из положений части 1 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации, возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации.

Работник имеет право на заключение, изменение и расторжение трудового договора в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами (абзац второй части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров (абзац второй части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Часть 1 статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации определяет трудовой договор как соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Требования к содержанию трудового договора определены статьей 57 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой в трудовом договоре предусматриваются как обязательные его условия, так и другие (дополнительные) условия по соглашению сторон.

Обязательными для включения в трудовой договор являются в том числе условие о трудовой функция (работа по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретный вид поручаемой работнику работы); дата начала работы, а в случае, когда заключается срочный трудовой договор, - также срок его действия и обстоятельства (причины), послужившие основанием для заключения срочного трудового договора в соответствии с настоящим Кодексом или иным федеральным законом (абзацы третий, четвертый части 2 статьи 57 Трудового кодекса Российской Федерации).

Положениями статей 58, 59 Трудового кодекса Российской Федерации закреплены правила заключения срочных трудовых договоров.

Согласно части 1 статьи 58 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые договоры могут заключаться как на неопределенный срок, так и на определенный срок не более пяти лет (срочный трудовой договор), если иной срок не установлен названным кодексом и иными федеральными законами.

Срочный трудовой договор заключается, когда трудовые отношения не могут быть установлены на неопределенный срок с учетом характера предстоящей работы или условий ее выполнения, а именно в случаях, предусмотренных частью первой статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации. В случаях, предусмотренных частью второй статьи 59 настоящего Кодекса, срочный трудовой договор может заключаться по соглашению сторон трудового договора без учета характера предстоящей работы и условий ее выполнения (часть 2 статьи 58 Трудового кодекса Российской Федерации).

Если в трудовом договоре не оговорен срок его действия, то договор считается заключенным на неопределенный срок (часть 3 статьи 58 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовой договор, заключенный на определенный срок при отсутствии достаточных к тому оснований, установленных судом, считается заключенным на неопределенный срок (часть 5 статьи 58 Трудового кодекса Российской Федерации).

Запрещается заключение срочных трудовых договоров в целях уклонения от предоставления прав и гарантий, предусмотренных для работников, с которыми заключается трудовой договор на неопределенный срок (часть 6 статьи 58 Трудового кодекса Российской Федерации).

В статье 59 Трудового кодекса Российской Федерации приведены основания для заключения срочного трудового договора.

В части 1 статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации закреплен перечень случаев (обстоятельств), при наличии которых трудовой договор заключается на определенный срок в силу характера предстоящей работы или условий ее выполнения. Среди них - заключение трудового договора с лицами, принимаемыми для выполнения заведомо определенной работы в случаях, когда ее завершение не может быть определено конкретной датой (абзац восьмой части 1 статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 2 статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации определен перечень случаев, при наличии которых по соглашению сторон допускается заключение срочного трудового договора.

В пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что, решая вопрос об обоснованности заключения с работником срочного трудового договора, следует учитывать, что такой договор заключается, когда трудовые отношения не могут быть установлены на неопределенный срок с учетом характера предстоящей работы или условий ее выполнения, в частности в случаях, предусмотренных частью 1 статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации, а также в других случаях, установленных Трудовым кодексом Российской Федерации или иными федеральными законами (часть 2 статьи 58, часть 1 статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации). В соответствии с частью второй статьи 58 Трудового кодекса Российской Федерации в случаях, предусмотренных частью второй статьи 59 Трудового кодекса, срочный трудовой договор может заключаться без учета характера предстоящей работы и условий ее выполнения. При этом необходимо иметь в виду, что такой договор может быть признан правомерным, если имелось соглашение сторон (часть вторая статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации), т.е. если он заключен на основе добровольного согласия работника и работодателя. Если судом при разрешении спора о правомерности заключения срочного трудового договора будет установлено, что он заключен работником вынужденно, суд применяет правила договора, заключенного на неопределенный срок.

Если срочный трудовой договор был заключен для выполнения определенной работы в случаях, когда ее завершение не может быть определено конкретной датой (абзац восьмой части первой статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации), такой договор в силу части второй статьи 79 Трудового кодекса Российской Федерации прекращается по завершении этой работы. При установлении в ходе судебного разбирательства факта многократности заключения срочных трудовых договоров на непродолжительный срок для выполнения одной и той же трудовой функции суд вправе с учетом соответствующих обстоятельств дела признать трудовой договор заключенным на неопределенный срок (пункт 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации в от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации").

Истечение срока трудового договора, за исключением случаев, когда трудовые отношения фактически продолжаются и ни одна из сторон не потребовала их прекращения, является основанием для прекращения трудового договора (пункт 2 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 19 мая 2020 г. N 25-П "По делу о проверке конституционности абзаца восьмого части 1 статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина Сысоева И.А." (далее также - постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2020 г. N 25-П), законодательное ограничение случаев применения срочных трудовых договоров фактически направлено на предоставление работнику как экономически более слабой стороне в трудовом правоотношении защиты от произвольного определения работодателем срока действия трудового договора, что не только отвечает целям и задачам трудового законодательства, социальное предназначение которого заключается в преимущественной защите интересов работника, включая его конституционно значимый интерес в стабильной занятости, но и согласуется с вытекающим из Конституции Российской Федерации (статья 17, часть 3) требованием соблюдения баланса конституционных прав и свобод работника и работодателя. Такой подход согласуется и с позицией Международной организации труда, которая, в частности, в Конвенции от 22 июня 1982 года N 158 "О прекращении трудовых отношений по инициативе предпринимателя" (Российской Федерацией не ратифицирована) указала на необходимость закрепления мер, направленных на предотвращение использования договоров о найме на определенный срок (срочных трудовых договоров) в целях уклонения от предоставления работникам защиты, предусмотренной данной конвенцией (пункт 3 статьи 2), а в принятой в ее развитие одноименной Рекомендации N 166 предложила ограничивать применение таких договоров именно теми 12 случаями, в которых невозможность установления трудовых отношений на неопределенный срок обусловлена характером предстоящей работы, условиями ее выполнения или интересами самого работника (подпункт 2 "a" пункта 3) (абзацы шестой, седьмой пункта 3 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2020 г. N 25-П).

Действуя в качестве самостоятельного хозяйствующего субъекта и участника гражданского оборота, к сфере ответственности которого относится заключение гражданско-правовых договоров и их пролонгация, выбор контрагентов и их замена и т.п., работодатель самостоятельно несет и все риски, сопутствующие осуществляемому им виду экономической деятельности. Так, вступая в договорные отношения с иными участниками гражданского оборота, именно он несет риски, связанные с исполнением им самим и его контрагентами своих договорных обязательств, сокращением общего объема заказов, расторжением соответствующих договоров и т.п. Работник же, выполняя за гарантированное законом вознаграждение (заработную плату) лишь определенную трудовым договором трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, не является субъектом осуществляемой работодателем экономической деятельности, а потому не может и не должен нести каких бы то ни было сопутствующих ей рисков и не обязан разделять с работодателем бремя такого рода рисков. В противном случае искажалось бы само существо трудовых отношений и нарушался бы баланс конституционных прав и свобод работника и работодателя (абзац второй пункта 5 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2020 г. N 25-П).

Если в качестве работодателя выступает организация, уставная деятельность которой предполагает оказание каких-либо услуг третьим лицам, то предметом трудовых договоров, заключаемых с работниками, привлекаемыми для исполнения обязательств работодателя перед заказчиками услуг, является выполнение работы по обусловленной характером соответствующих услуг трудовой функции. При этом надлежащее исполнение таким работодателем обязанности по предоставлению своим работникам работы, предусмотренной заключенными с ними трудовыми договорами, предполагает в числе прочего своевременное заключение им с иными участниками гражданского оборота договоров возмездного оказания услуг (абзац второй пункта 6 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2020 г. N 25-П).

Ограниченный срок действия гражданско-правовых договоров возмездного оказания услуг, заключенных работодателем с заказчиками соответствующих услуг, при продолжении осуществления им уставной деятельности сам по себе не предопределяет срочного характера работы, подлежащей выполнению работниками, обеспечивающими исполнение обязательств работодателя по таким гражданско-правовым договорам, не свидетельствует о невозможности установления трудовых отношений на неопределенный срок, а значит, и не может служить достаточным основанием для заключения срочных трудовых договоров с работниками, трудовая функция которых связана с исполнением соответствующих договорных обязательств, и их последующего увольнения в связи с истечением срока указанных трудовых договоров (абзац четвертый пункта 6 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2020 г. N 25-П).

Учитывая, что срок действия гражданско-правовых договоров возмездного оказания услуг в той или иной сфере деятельности (в том числе в области охранной деятельности), устанавливаемый при их заключении по соглашению между работодателем, оказывающим данные услуги, и заказчиками соответствующих услуг, сам по себе не предопределяет срочного характера работы, выполняемой работниками в порядке обеспечения исполнения обязательств работодателя по таким гражданско-правовым договорам, абзац восьмой части первой статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации не может быть применен в качестве правового основания для заключения с этими работниками срочных трудовых договоров (абзац второй пункта 8 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2020 г. N 25-П).

Из приведенных нормативных положений Трудового кодекса Российской Федерации, разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению и позиции Конституционного Суда Российской Федерации следует, что трудовой договор с работником может заключаться как на неопределенный срок, так и на определенный срок - не более пяти лет (срочный трудовой договор), если иной срок не установлен Трудовым кодексом Российской Федерации и иными федеральными законами.

По общему правилу срочные трудовые договоры могут заключаться только в случаях, когда трудовые отношения с учетом характера предстоящей работы или условий ее выполнения не могут быть установлены на неопределенный срок, а также в других случаях, предусмотренных Трудовым кодексом Российской Федерации или иными федеральными законами. В статье 59 Трудового кодекса Российской Федерации приведен перечень случаев (обстоятельств), при наличии которых в силу характера предстоящей работы или условий ее выполнения заключаются срочные трудовые договоры, а также перечень случаев (обстоятельств), при наличии которых допускается по соглашению между работником и работодателем заключение срочного договора. Согласие работника на заключение срочного трудового договора должно быть добровольным и осознанным, то есть работник, заключая с работодателем такой трудовой договор, должен понимать и осознавать последствия заключения с работодателем срочного трудового договора, в числе которых сохранение трудовых отношений только на определенный период времени, прекращение трудовых отношений с работником по истечении срока трудового договора. При этом законом установлен запрет на заключение работодателем срочных трудовых договоров в целях уклонения от предоставления прав и гарантий, предусмотренных для работников, с которыми заключается трудовой договор на неопределенный срок.

Таким образом, Трудовой кодекс Российской Федерации, предусмотрев возможность заключения срочных трудовых договоров, существенно ограничил их применение. Законодательное ограничение случаев применения срочных трудовых договоров направлено на предоставление работнику как экономически более слабой стороне в трудовом правоотношении защиты от произвольного определения работодателем срока действия трудового договора, что отвечает целям и задачам трудового законодательства - защите интересов работников, обеспечению их стабильной занятости.

Если судом при разрешении спора будет установлено, что отсутствовали основания для заключения с работником срочного трудового договора, то к такому договору применяются правила о договоре, заключенном на неопределенный срок. Об отсутствии оснований для заключения срочного трудового договора может свидетельствовать факт многократности заключения с работником срочных трудовых договоров на непродолжительный срок для выполнения одной и той же трудовой функции.

Одним из случаев заключения трудового договора на определенный срок в связи с характером предстоящей работы и условий ее выполнения является заключение трудового договора с лицами, принимаемыми для выполнения заведомо определенной работы, если ее завершение не может быть определено конкретной датой (абзац восьмой части 1 статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации). Заключение срочного трудового договора по названному основанию будет правомерным только тогда, когда работа, для выполнения которой заключается соответствующий трудовой договор, объективно носит конечный, и в этом смысле срочный, характер, исключающий возможность продолжения трудовых отношений между сторонами данного договора после завершения указанной работы. В этом случае в трудовом договоре с работником должно быть в обязательном порядке указано, что договор заключен на время выполнения именно этой конкретной работы, окончание (завершение) которой будет являться основанием для расторжения трудового договора в связи с истечением срока его действия.

Вместе с тем, если работодателем по такому срочному трудовому договору является организация, уставная деятельность которой предполагает оказание каких-либо услуг третьим лицам, например в области охранной деятельности, в рамках заключаемых с ними заказчиком гражданско-правовых договоров с определенным сроком действия, то ограниченный срок действия таких гражданско-правовых договоров сам по себе не предопределяет срочного характера работы, выполняемой работниками в порядке обеспечения исполнения обязательств работодателя по гражданско-правовым договорам, и не может служить достаточным правовым основанием для заключения с работниками срочных трудовых договоров и их последующего увольнения в связи с истечением срока указанных трудовых договоров.

Однако суд апелляционной инстанции приведенные нормативные положения, определяющие условия, при наличии которых с работниками могут заключаться трудовые договоры на определенный срок (срочные трудовые договоры), к спорным отношениям применил неправильно, не учел правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации и Верховного Суда Российской Федерации, вследствие чего пришел к неправомерному выводу об отсутствии оснований для признания срочного трудового договора с Гильзатовым Р.Н. от 16 мая 2019 г. заключенным на неопределенный срок.

Довод суда апелляционной инстанции о законности заключения срочного трудового договора с Гильзатовым Р.Н. со ссылкой на то, что трудовые отношения с ним могли иметь место только при наличии определенного объема работ, обеспечиваемого ФГУП "Ведомственная охрана" Министерства энергетики Российской Федерации посредством заключения договоров на оказание услуг охраны, противоречит приведенным нормативным положениям об основаниях и условиях заключения с работниками срочных трудовых договоров. Судом апелляционной инстанции не принято во внимание, что заключение работодателем с работником срочного трудового договора только исходя из срока действия заключенного работодателем с третьим лицом гражданско-правового договора возмездного оказания услуг фактически поставит занятость работника в зависимость исключительно от результата согласованного волеизъявления работодателя и заказчика соответствующих услуг в отношении самого факта заключения между ними договора возмездного оказания услуг и срока действия этого гражданско-правового договора. В такой ситуации работник, не являющийся субъектом осуществляемой работодателем экономической деятельности и выполняющий за заработную плату лишь определенную трудовым договором трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, по сути, будет вынужден разделить с работодателем риски, сопутствующие осуществляемой работодателем экономической деятельности в сфере соответствующих услуг, что противоречит существу трудовых отношений.

Суд апелляционной инстанции вследствие неправильного применения норм материального права к спорным отношениям не дал надлежащей правовой оценки тому, что предметом уставной деятельности ФГУП "Ведомственная охрана" Министерства энергетики Российской Федерации является охрана объектов топливно-энергетического комплекса, иных объектов, находящихся в ведении и установленной сфере деятельности Министерства энергетики Российской Федерации. При этом предметом трудового договора от 16 мая 2019 г., заключенного ответчиком с Гильзатовым Р.Н., являлось выполнение Гильзатовым Р.Н. трудовой функции по должности контролера на Сарапульской ТЭЦ, связанной с исполнением работодателем в соответствии с его уставной деятельностью обязательств в рамках оказания услуг, предоставляемых ООО "Губахинская энергетическая компания" по договору охраны от 7 мая 2019 г. Аналогичная трудовая функция была определена в трудовом договоре, заключенном между Гильзатовым Р.Н. и ФГУП "Ведомственная охрана" Министерства энергетики Российской Федерации 22 января 2018 г.

Суд апелляционной инстанции также оставил без внимания и в нарушение статей 67, 71, 195, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не дал правовой оценки факту многократности заключения срочных трудовых договоров с Гильзатовым Р.Н. на выполнение одной и той же работы с одной и той же трудовой функцией, что в силу приведенного правового регулирования может свидетельствовать об отсутствии обстоятельств, объективно препятствовавших установлению трудовых отношений с Гильзатовым Р.Н. на неопределенный срок.

Суждение суда апелляционной инстанции (в обоснование отказа в удовлетворении исковых требований Гильзатова Р.Н. о признании срочного трудового договора заключенным на неопределенный срок) о том, что Гильзатов Р.Н. выразил согласие на заключение срочного трудового договора с ФГУП "Ведомственная охрана" Министерства энергетики Российской Федерации от 16 мая 2019 г. и знал о возможности его прекращения по истечении срока, на который трудовой договор был заключен, сделано без учета того, что текст заявления о приеме на работу и условия трудового договора, которые были подписаны Гильзатовым Р.Н., определены работодателем. Обстоятельства, свидетельствующие о наличии у Гильзатова Р.Н. возможности повлиять на решение работодателя о заключении с ним трудового договора на определенный срок, судом апелляционной инстанции не устанавливались, эти обстоятельства не вошли в предмет доказывания по настоящему делу и правовой оценки в соответствии с подлежащими применению к спорным отношениям нормами материального права не получили.

Судом апелляционной инстанции, указавшим на согласие Гильзатова Р.Н. на заключение срочного трудового договора, также не учтено, что работник является экономически более слабой стороной в трудовых правоотношениях, находится не только в экономической (материальной), но и в организационной зависимости от работодателя, что могло повлиять на волеизъявление Гильзатова Р.Н., заинтересованного в реализации своего права на труд, стабильной занятости и получении средств к существованию, на заключение трудового договора на условиях, предложенных работодателем.

Следовательно, вывод суда апелляционной инстанции о том, что с Гильзатовым Р.Н. был обоснованно заключен срочный трудовой договор, противоречит положениям части 5 статьи 58 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которым трудовой договор, заключенный на определенный срок при отсутствии достаточных к тому оснований, установленных судом, считается заключенным на неопределенный срок.

Утверждение суда апелляционной инстанции о соответствии условий заключения срочного трудового договора с Гильзатовым Р.Н. положениям абзаца шестого части 1 статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации (заключение срочного трудового договора для проведения работ, выходящих за рамки обычной деятельности работодателя (реконструкция, монтажные, пусконаладочные и другие работы), а также работ, связанных с заведомо временным (до одного года) расширением производства или объема оказываемых услуг) несостоятельно, поскольку данных о заключении между Гильзатовым Р.Н. и ФГУП "Ведомственная охрана" Министерства энергетики Российской Федерации срочного трудового договора по названному основанию в материалах дела не имеется.

Ввиду изложенного вывод суда апелляционной инстанции об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований Гильзатова Р.Н. о признании срочного трудового договора от 16 мая 2019 г. заключенным на неопределенный срок не отвечает требованиям закона, он сделан без учета норм материального права, определяющих условия, при наличии которых с работниками могут заключаться срочные трудовые договоры, а также без установления имеющих значение для дела обстоятельств.

Суд кассационной инстанции, проверяя по кассационной жалобе Гильзатова Р.Н. законность судебного постановления суда апелляционной инстанции, допущенные им нарушения норм материального и процессуального права не выявил и не устранил, тем самым не выполнил требования статей 379.6 и частей 1 - 3 статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы кассационного суда общей юрисдикции о том, что прекращение договоров на предоставление охранных услуг, заключенных между ФГУП "Ведомственная охрана" Министерства энергетики Российской Федерации и ООО "Губахинская энергетическая компания", делало бы невозможным продолжение трудовых отношений между истцом и ответчиком, поскольку исключало бы для работодателя возможность обеспечить работника работой по согласованной сторонами при заключении трудового договора трудовой функции, основаны на предположениях, не подтвержденных установленными по делу судом апелляционной инстанции обстоятельствами.

Исходя из приведенного, апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Удмуртской Республики от 26 августа 2020 г. и определение судебной коллегии по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 3 декабря 2020 г. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации признает незаконными. Они приняты с существенными нарушениями норм материального и процессуального права, повлиявшими на исход дела, без их устранения невозможна защита нарушенных прав и законных интересов Гильзатова Р.Н., что согласно статье 390.14 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для отмены обжалуемых судебных постановлений и направления дела на новое апелляционное рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

При новом рассмотрении дела суду апелляционной инстанции следует разрешить спор в соответствии с подлежащими применению к спорным отношениям сторон нормами материального права, установленными по делу обстоятельствами и с соблюдением требований процессуального закона.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь статьями 390.14, 390.15, 390.16 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

определила:

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Удмуртской Республики от 26 августа 2020 г., определение судебной коллегии по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 3 декабря 2020 г. по делу N 2-206/2020 Сарапульского районного суда Удмуртской Республики отменить.

Дело направить на новое апелляционное рассмотрение в суд апелляционной инстанции - судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Удмуртской Республики.

------------------------------------------------------------------




Популярные статьи и материалы
N 400-ФЗ от 28.12.2013

ФЗ о страховых пенсиях

N 69-ФЗ от 21.12.1994

ФЗ о пожарной безопасности

N 40-ФЗ от 25.04.2002

ФЗ об ОСАГО

N 273-ФЗ от 29.12.2012

ФЗ об образовании

N 79-ФЗ от 27.07.2004

ФЗ о государственной гражданской службе

N 275-ФЗ от 29.12.2012

ФЗ о государственном оборонном заказе

N2300-1 от 07.02.1992 ЗППП

О защите прав потребителей

N 273-ФЗ от 25.12.2008

ФЗ о противодействии коррупции

N 38-ФЗ от 13.03.2006

ФЗ о рекламе

N 7-ФЗ от 10.01.2002

ФЗ об охране окружающей среды

N 3-ФЗ от 07.02.2011

ФЗ о полиции

N 402-ФЗ от 06.12.2011

ФЗ о бухгалтерском учете

N 135-ФЗ от 26.07.2006

ФЗ о защите конкуренции

N 99-ФЗ от 04.05.2011

ФЗ о лицензировании отдельных видов деятельности

N 223-ФЗ от 18.07.2011

ФЗ о закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц

N 2202-1 от 17.01.1992

ФЗ о прокуратуре

N 127-ФЗ 26.10.2002

ФЗ о несостоятельности (банкротстве)

N 152-ФЗ от 27.07.2006

ФЗ о персональных данных

N 44-ФЗ от 05.04.2013

ФЗ о госзакупках

N 229-ФЗ от 02.10.2007

ФЗ об исполнительном производстве

N 53-ФЗ от 28.03.1998

ФЗ о воинской службе

N 395-1 от 02.12.1990

ФЗ о банках и банковской деятельности

ст. 333 ГК РФ

Уменьшение неустойки

ст. 317.1 ГК РФ

Проценты по денежному обязательству

ст. 395 ГК РФ

Ответственность за неисполнение денежного обязательства

ст 20.25 КоАП РФ

Уклонение от исполнения административного наказания

ст. 81 ТК РФ

Расторжение трудового договора по инициативе работодателя

ст. 78 БК РФ

Предоставление субсидий юридическим лицам, индивидуальным предпринимателям, физическим лицам

ст. 12.8 КоАП РФ

Управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения, передача управления транспортным средством лицу, находящемуся в состоянии опьянения

ст. 161 БК РФ

Особенности правового положения казенных учреждений

ст. 77 ТК РФ

Общие основания прекращения трудового договора

ст. 144 УПК РФ

Порядок рассмотрения сообщения о преступлении

ст. 125 УПК РФ

Судебный порядок рассмотрения жалоб

ст. 24 УПК РФ

Основания отказа в возбуждении уголовного дела или прекращения уголовного дела

ст. 126 АПК РФ

Документы, прилагаемые к исковому заявлению

ст. 49 АПК РФ

Изменение основания или предмета иска, изменение размера исковых требований, отказ от иска, признание иска, мировое соглашение

ст. 125 АПК РФ

Форма и содержание искового заявления