КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
от 30 июня 2020 г. N 1363-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБ ГРАЖДАНКИ
ШАКИРОВОЙ КСЕНИИ АНАТОЛЬЕВНЫ НА НАРУШЕНИЕ ЕЕ КОНСТИТУЦИОННЫХ
ПРАВ ПУНКТОМ 6 СТАТЬИ 5, ЧАСТЬЮ ПЯТОЙ СТАТЬИ 37, ЧАСТЯМИ
ВТОРОЙ И ЧЕТВЕРТОЙ СТАТЬИ 246 И ЧАСТЬЮ ПЕРВОЙ СТАТЬИ 266
УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, В.Г. Ярославцева,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалоб гражданки К.А. Шакировой к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
1. Гражданка К.А. Шакирова, осужденная за совершение преступления, просит признать не соответствующими статьям 2, 4, 17 - 19, 21, 23, 24, 45, 46, 48, 49, 52, 55 и 123 Конституции Российской Федерации следующие положения Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации:
пункт 6 статьи 5 "Основные понятия, используемые в настоящем Кодексе" во взаимосвязи с частью пятой статьи 37 "Прокурор", которые, по ее мнению, будучи неопределенными, допускают наделение помощников прокурора полномочиями государственного обвинителя, при этом не возлагая на них тех обязанностей по соблюдению требований уголовно-процессуального закона, которые возложены на прокурора;
часть вторую статьи 246 "Участие обвинителя", как не обязывающую должностное лицо органа прокуратуры подтверждать свои полномочия на поддержание государственного обвинения письменным поручением соответствующего прокурора, а председательствующего в судебном заседании - осуществлять допуск к участию в судебном заседании государственного обвинителя по предъявлении такого поручения;
часть четвертую статьи 246 и часть первую статьи 266 "Объявление состава суда, других участников судебного разбирательства и разъяснение им права отвода", как допускающие их произвольное применение председательствующим, который в одних случаях может выяснять причины замены государственного обвинителя и разъяснять подсудимому право на заявление отвода государственному обвинителю, а в других - не выполнять этих действий.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данных жалоб к рассмотрению.
Статья 37 УПК Российской Федерации устанавливает статус и полномочия прокурора. Пункты 6 и 31 статьи 5 данного Кодекса, конкретизируя, кто является прокурором и государственным обвинителем в уголовном процессе, содержат бланкетную норму, отсылая к Федеральному закону от 17 января 1992 года N 2202-I "О прокуратуре Российской Федерации", согласно которому под прокурором, в том числе выступающим в качестве государственного обвинителя, следует понимать Генерального прокурора Российской Федерации, его советников, старших помощников, помощников и помощников по особым поручениям, заместителей Генерального прокурора Российской Федерации, их помощников по особым поручениям, заместителей, старших помощников и помощников Главного военного прокурора, всех нижестоящих прокуроров, их заместителей, помощников прокуроров по особым поручениям, старших помощников и помощников прокуроров, старших прокуроров и прокуроров управлений и отделов, действующих в пределах своей компетенции (статья 54).
Соответственно, нормы Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, действующие в системной связи с положениями Федерального закона "О прокуратуре Российской Федерации", предполагают, что государственное обвинение может поддерживаться не только собственно прокурорами, но и иными должностными лицами прокуратуры, круг которых определен законом (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 8 апреля 2010 года N 602-О-О). При этом данные должностные лица, вопреки мнению заявительницы, обязаны соблюдать все требования уголовно-процессуального закона.
Таким образом, пункт 6 статьи 5 и часть пятая статьи 37 УПК Российской Федерации не могут расцениваться как нарушающие права К.А. Шакировой в указанном ею аспекте. Что же касается положений статей 246 и 266 того же Кодекса, то приведенные в обоснование позиции заявительницы доводы свидетельствуют о том, что нарушение своих прав она связывает не с содержанием этих норм, которые не предполагают произвольного применения, а с фактическим невыполнением, по ее утверждению, их предписаний в ее уголовном деле. Тем самым К.А. Шакирова, по существу, ставит перед Конституционным Судом Российской Федерации требующий установления и исследования фактических обстоятельств вопрос об оценке состоявшихся в ее деле судебных решений, разрешение которого не входит в компетенцию Конституционного Суда Российской Федерации, как она определена статьей 125 Конституции Российской Федерации и статьей 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации".
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалоб гражданки Шакировой Ксении Анатольевны, поскольку они не отвечают требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данным жалобам окончательно и обжалованию не подлежит.
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН
------------------------------------------------------------------