КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
от 29 сентября 2016 г. N 1913-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНИНА
ОРЛОВА АЛЕКСАНДРА ВЯЧЕСЛАВОВИЧА НА НАРУШЕНИЕ ЕГО
КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ СТАТЬЕЙ 57 УГОЛОВНОГО КОДЕКСА
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина А.В. Орлова к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданин А.В. Орлов, отбывающий наказание в виде пожизненного лишения свободы, оспаривает конституционность статьи 57 "Пожизненное лишение свободы" УК Российской Федерации.
По мнению заявителя, данная статья, позволяя назначать наказание в виде пожизненного лишения свободы только мужчинам в возрасте от восемнадцати до шестидесяти пяти лет, исключая применение данного вида наказания ко всем остальным лицам, является дискриминационной и тем самым не соответствует статьям 18, 19, 45, 46 (часть 1) и 55 Конституции Российской Федерации.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 19 марта 2003 года N 3-П отметил, что конституционному запрету дискриминации и выраженным в Конституции Российской Федерации принципам справедливости и гуманизма противоречило бы законодательное установление ответственности и наказания без учета личности виновного и иных обстоятельств, имеющих объективное и разумное обоснование и способствующих адекватной юридической оценке общественной опасности как самого преступного деяния, так и совершившего его лица, и применение мер ответственности без учета характеризующих личность обстоятельств.
Согласно Уголовному кодексу Российской Федерации, который основывается на Конституции Российской Федерации и общепризнанных принципах и нормах международного права (часть вторая статьи 1), лица, совершившие преступления, равны перед законом и подлежат уголовной ответственности независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям, а также других обстоятельств (статья 4) и только за те общественно опасные действия (бездействие) и наступившие общественно опасные последствия, в отношении которых установлена их вина (статья 5).
Минимальные стандартные правила Организации Объединенных Наций в отношении обращения с заключенными (Правила Нельсона Манделы), принятые 17 декабря 2015 года Резолюцией 70/175 Генеральной Ассамблеи ООН, признают необходимость учета индивидуальных потребностей заключенных и рекомендуют принимать меры для защиты и поощрения прав заключенных с особыми потребностями, и такие меры не должны считаться дискриминационными (пункт 2 правила 2).
Статья 37 Конвенции ООН о правах ребенка закрепляет, что ни смертная казнь, ни пожизненное тюремное заключение, не предусматривающее возможности освобождения, не назначаются за преступления, совершенные лицами моложе 18 лет.
Принятые 21 декабря 2010 года Резолюцией 65/229 Генеральной Ассамблеи ООН Правила Организации Объединенных Наций, касающиеся обращения с женщинами-заключенными и мер наказания для женщин-правонарушителей, не связанных с лишением свободы (Бангкокские правила), исходят из того, что женщины-заключенные образуют одну из уязвимых групп, у которой имеются особые нужды и потребности, и признают, что определенное число женщин-правонарушителей не представляют опасности для общества и что, как и в случае всех правонарушителей, их пребывание в тюрьме может еще больше затруднить их возвращение в общество (преамбула), закрепляют в качестве общего принципа, что учет особых потребностей женщин-заключенных в целях обеспечения реального равенства мужчин и женщин не считается дискриминацией (правило 1), определяют, что оценка рисков с учетом гендерных факторов и классификация заключенных: а) учитывают, как правило, меньшую опасность, которую женщины-заключенные представляют для окружающих, а также особенно неблагоприятное воздействие, которое строгие меры безопасности и повышенный уровень изоляции могут оказать на женщин-заключенных; с) обеспечивают включение в планы исполнения наказаний женщин реабилитационных программ и услуг, учитывающих их особые потребности, обусловленные гендерными факторами (правило 41).
Кроме того, хотя Европейский Суд по правам человека отмечал отсутствие положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод, запрещающих тюремное заключение для людей преклонного возраста, тем не менее в практике этого Суда признавалось, что проблемы со здоровьем и возможность предоставления медицинской помощи могут учитываться применительно к пожизненному лишению свободы пожилых лиц (решение по делу "Савонюк против Соединенного Королевства" от 29 мая 2001 года).
Соответственно, предусмотренные частью второй статьи 57 УК Российской Федерации ограничения в назначении пожизненного лишения свободы, связанные с неприменением этого наказания к женщинам, лицам, совершившим преступления в возрасте до восемнадцати лет, и мужчинам, достигшим к моменту вынесения судом приговора шестидесятипятилетнего возраста, не исключают их уголовную ответственность, а обеспечивают ее дифференциацию исходя из принципа гуманизма. Данные ограничения не влияют на назначение другим категориям лиц, совершивших преступления, наказания, соответствующего характеру и степени общественной опасности их преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного, не ущемляют тем самым их права и, следовательно, не являются дискриминационными (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 21 октября 2008 года N 638-О-О, от 23 июня 2009 года N 898-О-О, от 19 октября 2010 года N 1382-О-О, от 18 октября 2012 года N 1925-О, от 25 февраля 2013 года N 294-О, от 16 июля 2013 года N 1145-О, от 24 сентября 2013 года N 1428-О и от 20 февраля 2014 года N 376-О).
Таким образом, статья 57 УК Российской Федерации конституционные права заявителя не нарушает, а потому его жалоба, как не отвечающая критерию допустимости обращений в Конституционный Суд Российской Федерации, не может быть принята Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению.
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Орлова Александра Вячеславовича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН
------------------------------------------------------------------