КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
от 25 апреля 2023 г. N 1006-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНКИ
ЕРМАКОВОЙ ЮЛИИ ВЛАДИМИРОВНЫ НА НАРУШЕНИЕ ЕЕ КОНСТИТУЦИОННЫХ
ПРАВ СТАТЬЕЙ 187 УГОЛОВНОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей А.Ю. Бушева, Г.А. Гаджиева, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданки Ю.В. Ермаковой к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
1. Приговором суда от 8 июня 2021 года гражданка Ю.В. Ермакова осуждена по части первой статьи 187 "Неправомерный оборот средств платежей" УК Российской Федерации за совершение в составе группы лиц по предварительному сговору неправомерного оборота средств платежей, т.е. изготовления и хранения в целях использования поддельных распоряжений о переводе денежных средств, предназначенных для неправомерного осуществления перевода денежных средств.
Как установил суд, заявительница, будучи единственным учредителем и директором юридического лица, действуя с прямым умыслом и целью сокрытия от государственного финансового и налогового контроля денежных средств, принадлежащих указанному юридическому лицу, т.е. сокрытия его фактической финансово-хозяйственной деятельности и извлечения имущественной выгоды для себя, в составе группы лиц по предварительному сговору с неустановленными лицами из числа сотрудников этого же юридического лица по фиктивно заключенным (ничтожным) договорам поставки с организациями, не осуществляющими фактической финансово-хозяйственной деятельности, не имея предусмотренных законом правовых оснований для перевода (перечисления) денежных средств с расчетного счета возглавляемого ею юридического лица на расчетные счета указанных организаций, изготовляли и хранили в целях использования поддельные распоряжения о переводе денежных средств (содержавшие заведомо ложные, не соответствующие действительности сведения относительно назначения платежа и самой финансовой операции), которые заверяли электронной цифровой подписью заявительницы с использованием соответствующего ключа и направляли в банковскую организацию для перевода денежных средств, тем самым используя поддельные распоряжения о переводе денежных средств для их последующего незаконного обналичивания.
В результате Ю.В. Ермаковой назначено наказание в виде лишения свободы на срок 2 года 6 месяцев со штрафом в размере 150 000 рублей; при этом реальное исполнение основного наказания отсрочено до достижения ее младшим ребенком четырнадцатилетнего возраста.
Правомерность указанного судебного решения подтверждена апелляционным определением от 24 августа 2021 года, определением судебной коллегии по уголовным делам кассационного суда общей юрисдикции от 9 июня 2022 года и постановлением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 23 сентября 2022 года об отказе в передаче жалобы осужденной для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции.
В данной связи Ю.В. Ермакова просит признать не соответствующей статьям 2, 8 (часть 2), 15, 17 (части 1 и 3), 18, 19 (части 1 и 2), 35 (части 1 - 3), 37 (часть 2), 45 (часть 1), 46 (части 1 и 2), 49 и 55 (части 2 и 3) Конституции Российской Федерации статью 187 УК Российской Федерации, утверждая, что данная норма нарушает ее права, поскольку в силу неопределенности своего содержания позволила произвольно привлечь к уголовной ответственности ее как лицо, правомочное на изготовление распоряжений о переводе денежных средств юридического лица с любыми реквизитами, за подделку таких своих же распоряжений, т.е. за осуществление обычной хозяйственной деятельности, бухгалтерскую ошибку, отсутствие должной осторожности и осмотрительности при выборе контрагентов в договорных отношениях, либо же за умышленные действия по уклонению от уплаты налогов организацией (статья 199 этого Кодекса).
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, законодатель, устанавливая преступность и наказуемость общественно опасных деяний, может в зависимости от существа охраняемых общественных отношений конструировать составы преступлений, учитывая степень их распространенности, значимость ценностей, на которые они посягают, и характер вреда - имущественного, организационного или иного, причиняемого охраняемому объекту. При этом установление или изменение составов уголовных правонарушений и мер ответственности связано критериями пропорциональности и соразмерности ограничения прав и свобод граждан конституционно значимым целям, вытекающим из статьи 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, как и ее статьей 19 (часть 1), провозглашающей принцип равенства всех перед законом, из которого следует, что любое уголовное правонарушение и санкция за его совершение должны быть четко определены в законе так, чтобы исходя непосредственно из текста нормы (при необходимости - с помощью толкования, данного ей судами) каждый мог предвидеть правовые последствия своего деяния (постановления от 27 июня 2005 года N 7-П, от 10 февраля 2017 года N 2-П, от 27 февраля 2020 года N 10-П, от 24 мая 2021 года N 21-П и др.).
Реализуя конституционные предписания, Уголовный кодекс Российской Федерации признает преступлением виновно совершенное общественно опасное деяние, запрещенное данным Кодексом под угрозой наказания (часть первая статьи 14), и называет основанием уголовной ответственности совершение деяния, содержащего все признаки предусмотренного данным Кодексом состава преступления (статья 8), которые конкретизируются в статьях Особенной части данного Кодекса с учетом положений его Общей части.
Так, в части первой статьи 187 УК Российской Федерации установлена уголовная ответственность за изготовление, приобретение, хранение, транспортировку в целях использования или сбыта, а равно сбыт поддельных платежных карт, распоряжений о переводе денежных средств, документов или средств оплаты (за исключением случаев, предусмотренных статьей 186 данного Кодекса), а также электронных средств, электронных носителей информации, технических устройств, компьютерных программ, предназначенных для неправомерного осуществления приема, выдачи, перевода денежных средств. Данная норма, подлежащая применению с учетом фактических обстоятельств конкретного дела, предполагает ответственность лишь при условии доказанности умысла лица на совершение этих действий, в том числе включающего осознание им предназначения изготавливаемых или сбываемых документов как платежных, а также возможности их использования именно в таком качестве (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 25 января 2005 года N 66-О и N 69-О, от 27 января 2011 года N 37-О-О, от 17 июля 2014 года N 1815-О и от 31 марта 2022 года N 761-О).
По смыслу разъяснений, данных Пленумом Верховного Суда Российской Федерации, документы признаются поддельными, если установлено наличие в них признаков как незаконного изменения отдельных частей подлинного документа путем подчистки, дописки, замены элементов и др., искажающего его действительное содержание, так и изготовления нового документа, содержащего заведомо ложные сведения, в том числе с использованием подлинных бланка, печати, штампа (пункт 8 постановления от 17 декабря 2020 года N 43 "О некоторых вопросах судебной практики по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 324 - 327.1 Уголовного кодекса Российской Федерации").
Что же касается соотношения положений статей 187 и 199 УК Российской Федерации, то представленными заявительницей материалами не подтверждается рассмотрение судами общей юрисдикции вопроса о наличии в ее действиях признаков состава преступления в виде уклонения от уплаты налогов, сборов, подлежащих уплате организацией, и (или) страховых взносов, подлежащих уплате организацией - плательщиком страховых взносов.
Таким образом, оспариваемая норма не может расцениваться как нарушающая конституционные права заявительницы в указанном ею аспекте. Оценка же правильности квалификации ее деяния в качестве преступления, предусмотренного частью первой статьи 187 УК Российской Федерации, - к чему, по существу, сводятся доводы ее жалобы - к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации не относится.
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Ермаковой Юлии Владимировны, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН
------------------------------------------------------------------