КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
от 25 февраля 2016 г. N 250-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ
ГРАЖДАНИНА АБДУЛЛОВА РАВИЛЯ ХУСЯИНОВИЧА
НА НАРУШЕНИЕ ЕГО КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ
ПОЛОЖЕНИЯМИ СТАТЬИ 205.1 И ЧАСТЬЮ ВТОРОЙ СТАТЬИ 208
УГОЛОВНОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,
рассмотрев по требованию гражданина Р.Х. Абдуллова вопрос о возможности принятия его жалобы к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
1. Гражданин Р.Х. Абдуллов был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью первой статьи 205.1 УК Российской Федерации, в связи с осуществлением сбора и предоставлением денежных средств Я. по просьбе последнего для приобретения им оружия, необходимого для участия на территории Сирийской Арабской Республики в вооруженном формировании, не предусмотренном законодательством данного государства, в целях, противоречащих интересам Российской Федерации.
В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации заявитель просит признать не соответствующими статьям 1 (часть 1), 6 (часть 2), 17 (часть 3), 18, 19 (части 1 и 2) и 55 (части 2 и 3) Конституции Российской Федерации часть первую статьи 205.1 "Содействие террористической деятельности" и примечание 1 к ней, а также часть вторую статьи 208 "Организация незаконного вооруженного формирования или участие в нем" УК Российской Федерации, поскольку они, по мнению заявителя, позволяют привлекать к уголовной ответственности лиц, обвиняемых в финансировании участия на территории иностранного государства в вооруженном формировании, не предусмотренном законодательством данного государства, в целях, противоречащих интересам Российской Федерации, притом что сами такие интересы законодательно не сформулированы.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
Непосредственно из закрепленных Конституцией Российской Федерации основ конституционного строя Российской Федерации вытекает необходимость принятия адекватных мер, направленных на защиту Конституции Российской Федерации, а также обязанность государства по установлению правовых механизмов, в максимальной степени способствующих обеспечению общественной безопасности, предупреждению и пресечению преступлений, предотвращению их негативных последствий для охраняемых законом прав и интересов граждан (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 19 февраля 2009 года N 137-О-О).
Согласно Декларации о мерах по ликвидации международного терроризма, утвержденной резолюцией 49/60 Генеральной Ассамблеи ООН от 9 декабря 1994 года, государства, руководствуясь целями и принципами Устава ООН и другими соответствующими нормами международного права, обязаны воздерживаться от попустительства или поощрения деятельности, направленной на совершение террористических актов (пункт 4), предпринимать все необходимые шаги к претворению в жизнь международных конвенций о борьбе с терроризмом, включая приведение своего внутреннего законодательства в соответствие с этими конвенциями (подпункт "e" пункта 5). Безоговорочное осуждение актов, методов и практики терроризма подтверждено государствами - членами ООН в Декларации, дополняющей Декларацию о мерах по ликвидации международного терроризма 1994 года, утвержденной резолюцией 51/210 Генеральной Ассамблеи ООН от 17 декабря 1996 года; при этом было подтверждено, что методы и практика терроризма, а также сознательное финансирование, планирование террористических актов и подстрекательство к их совершению противоречат целям и принципам Организации Объединенных Наций (пункты 1 и 2) (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 25 сентября 2014 года N 2055-О).
Подтверждая настоятельную необходимость всеми средствами бороться с любыми формами и проявлениями терроризма, снижающего уровень стабильности в мире, создающего серьезную и возрастающую угрозу осуществлению прав человека, социальному и экономическому развитию государств, Совет Безопасности ООН в резолюции 1624 (2005), принятой 14 сентября 2005 года, подчеркивает значимость принятия на национальном и международном уровнях соответствующих мер для защиты права на жизнь. При этом ряд международных актов обязывает стороны принимать необходимые законодательные меры для того, чтобы признать в качестве уголовно наказуемого такое умышленное деяние, как финансирование терроризма; любыми методами, прямо или косвенно, незаконно и умышленно предоставление средств или осуществление их сбора с намерением, чтобы они использовались, или при осознании того, что они будут использованы, полностью или частично, для совершения террористических актов или преступлений террористического характера (подпункт "а" пункта 1 статьи 2, статьи 4 и 7 Международной конвенции о борьбе с финансированием терроризма, заключенной в городе Нью-Йорке 9 декабря 1999 года; подпункты "b" и "d" пункта 1 Резолюции N 1373 (2001) Совета Безопасности ООН "Угрозы международному миру и безопасности, создаваемые террористическими актами", принятой в городе Нью-Йорке 28 сентября 2001 года; подпункт 8 пункта 1 статьи 9 Конвенции Шанхайской организации сотрудничества против терроризма от 16 июня 2009 года и др.).
Реализуя указанные международные обязательства, федеральный законодатель установил в статье 205.1 УК Российской Федерации уголовную ответственность за содействие террористической деятельности, включающее в себя среди прочего финансирование терроризма. Данная норма призвана обеспечить охрану общественных отношений по защите общественной безопасности и предусматривает уголовную ответственность только в тех случаях, когда предоставление или сбор средств либо оказание финансовых услуг осуществляется с осознанием того, что они предназначены для финансирования организации, подготовки или совершения хотя бы одного из преступлений, предусмотренных статьями 205, 205.1, 205.2, 205.3, 205.4, 205.5, 206, 208, 211, 220, 221, 277, 278, 279 и 360 УК Российской Федерации, либо для обеспечения организованной группы, незаконного вооруженного формирования, преступного сообщества (преступной организации), созданных или создаваемых для совершения хотя бы одного из указанных преступлений (примечание 1 к статье 205.1 УК Российской Федерации).
Финансированием терроризма следует признавать, наряду с оказанием финансовых услуг, предоставление или сбор не только денежных средств (в наличной или безналичной форме), но и материальных средств (например, предметов обмундирования, экипировки, средств связи) с осознанием того, что они предназначены для финансирования организации, подготовки или совершения хотя бы одного из преступлений, предусмотренных статьями 205, 205.1, 205.2, 206, 208, 211, 277, 278, 279 и 360 УК Российской Федерации, либо для обеспечения организованной группы, незаконного вооруженного формирования, преступного сообщества (преступной организации), созданных или создаваемых для совершения хотя бы одного из указанных преступлений (например, систематические отчисления или разовый взнос в общую кассу, приобретение недвижимости или оплата стоимости ее аренды, предоставление денежных средств, предназначенных для подкупа должностных лиц) (пункт 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 9 февраля 2012 года N 1 "О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о преступлениях террористической направленности").
Соответственно, положения статьи 205.1 УК Российской Федерации не содержат неопределенности, в результате которой лицо было бы лишено возможности осознавать общественную опасность своего деяния, а также предвидеть наступление ответственности за его совершение, и не могут расцениваться как нарушающие права заявителя в его конкретном деле. При этом проверка обоснованности применения этой нормы с точки зрения оценки и исследования собранных доказательств в полномочия Конституционного Суда Российской Федерации не входит.
Что касается части второй статьи 208 УК Российской Федерации, то, как следует из судебных решений, ее положения применялись для квалификации деяний не заявителя, а третьего лица, лично участвовавшего в незаконном вооруженном формировании.
Таким образом, жалоба заявителя, как не отвечающая критерию допустимости, закрепленному в Федеральном конституционном законе "О Конституционном Суде Российской Федерации", не может быть принята Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению.
Исходя из изложенного и руководствуясь частью второй статьи 40, пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Абдуллова Равиля Хусяиновича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН
------------------------------------------------------------------