Актуальные документы
по состоянию на


Поиск по сайту

ЗАКОНЫ, КОДЕКСЫ
И НОРМАТИВНО-ПРАВОВЫЕ АКТЫ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Апелляционное определение Судебной коллегии по делам военнослужащих Верховного Суда РФ от 12.10.2017 N 201-АПУ17-37

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 12 октября 2017 г. N 201-АПУ17-37

Судебная коллегия по делам военнослужащих Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего Воронова А.В.,

судей Замашнюка А.Н., Сокерина С.Г.

при секретаре Деньгуб Е.П.

с участием военного прокурора отдела 4 управления Главной военной прокуратуры Мацкевича Ю.И., осужденных Ходжаева Н.М., Иронова С.Р., Хусенова А.Х., Нумончонова А.Н., Курбонова М.А. путем использования систем видеоконференц-связи, их защитников - адвокатов Максимова В.В., Тинькова Ю.Н., Широкова Т.В., Дейснера В.Ф., Рыженко А.А., переводчика М. рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденных Ходжаева Н.М., Иронова С.Р., Хусенова А.Х., Нумончонова А.Н., Курбонова М.А., их защитников - адвокатов Доронкина А.Б., Доронина С.И., Рыженко А.А., Широкова Т.В., Дейснера В.Ф. на приговор Московского окружного военного суда от 15 июня 2017 г., согласно которому граждане Республики Таджикистан

Ходжаев Наимджон Мубинович, <...> несудимый,

Иронов Сухроб Рустамович, <...> несудимый,

Хусенов Алишер Хасанович, <...> несудимый,

Нумончонов Акмалчон Нумончонович, <...> несудимый,

и гражданин Российской Федерации

Курбонов Мирзобаховаддин Абдуахадович, <...> несудимый,

осуждены каждый по ч. 1 ст. 205.5 УК РФ (в ред. Федерального закона от 5 мая 2014 г. N 130-ФЗ) к лишению свободы в исправительной колонии строгого режима на срок: Ходжаев Н.М. - 18 лет, Иронов С.Р. - 17 лет, Курбонов М.А. - 16 лет, Хусенов А.Х. - 15 лет 6 месяцев, Нумончонов А.Н. - 15 лет.

Кроме того, Ходжаев Н.М., Иронов С.Р., Курбонов М.А. каждый осуждены по ч. 1 ст. 282.2 УК РФ (в ред. Федерального закона от 7 декабря 2011 г. N 420-ФЗ) к штрафу в размере 150000, 130000, 100000 рублей соответственно и освобождены от наказаний на основании п. "а" ч. 1 ст. 78 УК РФ в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности.

В приговоре также разрешены вопросы о процессуальных издержках и вещественных доказательствах.

Заслушав доклад судьи Сокерина С.Г., изложившего обстоятельства дела, содержание приговора, доводы апелляционных жалоб, выступления осужденных Ходжаева Н.М., Иронова С.Р., Хусенова А.Х., Нумончонова А.Н., Курбонова М.А., их защитников - адвокатов Максимова В.В., Тинькова Ю.Н., Широкова Т.В., Дейснера В.Ф., Рыженко А.А., поддержавших доводы апелляционных жалоб, выступление военного прокурора Мацкевича Ю.И., возражавшего против удовлетворения жалоб и просившего оставить приговор без изменения, Судебная коллегия

установила:

Ходжаев, Иронов и Курбонов признаны судом виновными и осуждены за организацию в период с начала 2012 г. по 13 ноября 2013 г. на территории г. Москвы деятельности организации "Хизб ут-Тахрир аль-Ислами", в отношении которой судом принято решение о запрете деятельности в связи с осуществлением экстремистской деятельности.

Они же признаны судом виновными и осуждены за организацию в период с 14 ноября 2013 г. по 19 - 22 октября 2015 г. на территории г. Москвы и Московской области деятельности организации "Хизб ут-Тахрир аль-Ислами", которая в соответствии с законодательством Российской Федерации признана террористической.

Хусенов и Нумончонов признаны судом виновными и осуждены за организацию с начала 2014 г. и начала 2015 г. по 19 октября 2015 г., соответственно, на территории г. Москвы и Московской области деятельности организации "Хизб ут-Тахрир аль-Ислами", которая в соответствии с законодательством Российской Федерации признана террористической.

Эти преступления совершены ими при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционных жалобах все осужденные и их защитники указывают, что приговор является незаконным, необоснованным, выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, в силу чего он подлежит отмене.

В обоснование своей позиции осужденный Ходжаев указывает, что содеянное им, нашедшее подтверждение в суде, не образует состава инкриминированного ему преступления, так как обнаруженные у него книги и иные материалы он использовал исключительно для себя, их распространением не занимался, организационную деятельность не проводил. Кроме того, Ходлжаев просит учесть, что у него на иждивении четверо детей.

Его защитник - адвокат Доронкин А.Б. в своей жалобе высказывает мнение, что виновность Ходжаева не подтверждается доказательствами, приведенными в приговоре.

Так, ряд свидетелей, допрошенных в суде, показали, что не знают Ходжаева.

Показания свидетеля В. заслуживают более критичной оценки, поскольку он заинтересован в исходе дела, так как сотрудничал со стороной обвинения.

Никто из участников организации "Хизб ут-Тахрир аль-Ислами" не опознал Ходжаева как организатора ее деятельности.

В оглашенных в суде записях телефонных переговоров Ходжаева не зафиксированы темы, связанные с организацией деятельности "Хизб ут-Тахрир аль-Ислами".

Защитник осужденного Иронова - адвокат Доронин С.И. в своей апелляционной жалобе высказывает мнение, что приведенные в приговоре доказательства не подтверждают виновность его подзащитного в совершении инкриминированного преступления.

Свидетели Д. и Э. входившие по версии стороны обвинения в состав группы, которой руководил Иронов, не допрошены на предварительном следствии, ни в судебном заседании.

В материалах дела не содержится данных о том, что оперативно-розыскные мероприятия проводились в отношении Иронова.

Само по себе участие Иронова в собраниях единоверцев не свидетельствует о его участии в организации деятельности "Хизб ут-Тахрир аль-Ислами".

Комплексное экспертное заключение от 31 марта 2016 г. является недопустимым доказательством, поскольку каждый лист не подписан всеми экспертами, из его содержания невозможно понять, кто из экспертов какие конкретно исследования проводил; суд не исследовал данные о стаже экспертов и их специализации в сфере экспертной деятельности.

Фонографическое экспертное заключение также является недопустимым, так как в нем не приведены методики, примененные при проведении исследования.

Осужденный Хусенов в своей апелляционной жалобе высказывает мнение, что доказательства по делу, приведенные в приговоре, сфальсифицированы.

Его защитник - адвокат Широков Т.В. в своей апелляционной жалобе полагает, что комплексное экспертное заключение от 31 марта 2016 г. не отвечает требованиям допустимости доказательств, поскольку, согласно рецензии специалиста, представленной стороной защиты суду первой инстанции, ответы на поставленные перед экспертами вопросы имеют существенные недостатки.

Указанная экспертиза была проведена 31 марта 2016 г., а фонографическая экспертиза - 7 июня 2016 г., из чего адвокат делает вывод, что мнение экспертов в первом заключении относительно произнесения тех или иных речей определенными лицами не подтверждается имевшимися в их распоряжении материалами дела.

Заключение комплексной религиоведческой и этнополитологической судебной экспертизы не соответствует требованиям ст. 201 УПК РФ, так как невозможно установить, какой эксперт проводил то или иное исследование в рамках данной экспертизы.

Заключение фонографической экспертизы от 7 июня 2016 г. также является недопустимым доказательством, поскольку по делу была назначена фоноскопическая экспертиза. В ходе ее проведения было установлено, что 16, 23 и 30 марта 2015 г. на собраниях участников организации "Хизб ут-Тахрир аль-Ислами" зафиксирована речь Хусенова. Однако 23 марта 2015 г. его на собрании не было.

Суд проигнорировал приписывание следователем в протоколах осмотра и прослушивания фонограмм высказываний конкретным лицам, поскольку фонографическая экспертиза была проведена значительно позже указанных следственных действий. Таким образом, считает адвокат, эти протоколы являются недопустимыми доказательствами, так как приписывание высказываний конкретным лицам основано лишь на домыслах следователя.

Заключение фотопортретной экспертизы подтверждает лишь факт захода Хусенова в подъезд, в котором расположена квартира, служившая местом проведения собраний, но не является доказательством его участия в этих собраниях.

Судом не принято во внимание, что никто из свидетелей в ходе судебного разбирательства не дал показаний об организаторской роли Хусенова.

Судом дана неправильная оценка показаниям свидетелей и иным доказательствам. В частности суд необоснованно признал, что собрания, в которых участвовали допрошенные в суде свидетели, являются структурными подразделениями организации "Хизб ут-Тахрир аль-Ислами".

Судом не дана оценка тому факту, что допрошенные по делу свидетели из числа ранее осужденных за участие в организации "Хизб ут-Тахрир аль-Ислами", были признаны при тех же обстоятельствах рядовыми участниками, а Хусенов - организатором.

Осужденный Нумончонов в своей апелляционной жалобе утверждает, что он лишь посещал собрания, на которых обсуждались различные религиозные темы. В организации "Хизб ут-Тахрир аль-Ислами" он не состоял и не знал о том, что ее деятельность запрещена в Российской Федерации. Также он просит учесть наличие у него трех несовершеннолетних детей.

Его защитник - адвокат Дейснер В.Ф. в своей апелляционной жалобе утверждает, что в приговоре не приведено объективных и достаточных доказательств совершения Нумончоновым инкриминированного ему преступления.

Кроме того, защитник считает, что по делу не установлена личность осужденного, поскольку указанная в приговоре фамилия, имя и отчество его подзащитного не соответствуют данным, указанным в иных документах удостоверяющих его личность.

Показания свидетеля В., положенные в основу приговора, являются необъективными, поскольку он заинтересован в исходе дела ввиду предыдущего активного сотрудничества со стороной обвинения.

Приведенные в приговоре экспертные заключения не соответствуют требованиям ст. ст. 201 и 204 УПК РФ.

Оперативно-розыскные мероприятия в отношении Нумончонова проводились с нарушениями законодательства.

Суд незаконно оглашал показания свидетелей на предварительном следствии по ходатайству государственного обвинителя, при отсутствии предусмотренных законом оснований для этого.

В нарушение приказа Генерального прокурора N 185 "Об участии прокуроров в судебных стадиях уголовного судопроизводства" государственные обвинители участвовали в судебном разбирательстве без письменного поручения о поддержании обвинения.

Защитник осужденного Курбонова - адвокат Рыженко А.А. в своей апелляционной жалобе указывает, что суд в приговоре необоснованно сослался на показания ее подзащитного на предварительном следствии о признании вины в инкриминированном преступлении, так как он таких показаний не давал, а воспользовался правом, гарантированным ст. 51 Конституции Российской Федерации. К тому же в результате примененного к Курбонову насилия при задержании он плохо помнит события, при которых давал первичные объяснения.

Курбонов, согласно его показаниям, не приносил клятву верности организации "Хизб ут-Тахрир аль-Ислами", а давал религиозную клятву.

В деятельности партии "Хизб ут-Тахрир аль-Ислами" Курбонов участия не принимал, сбором денежных средств на нужды данной организации не занимался.

Государственным обвинителем Шадриным А.А. поданы возражения на апелляционные жалобы, в которых он, опровергая выдвинутые стороной защиты доводы, просит оставить их без удовлетворения, а приговор - без изменения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и возражений на них, Судебная коллегия находит приговор законным, обоснованным и не усматривает оснований для его отмены или изменения.

Судебное разбирательство проведено объективно и всесторонне, с соблюдением требований уголовно-процессуального закона и выяснением всех юридически значимых для правильного разрешения уголовного дела обстоятельств.

Предусмотренные ст. 73 УПК РФ обстоятельства, подлежащие доказыванию по делу, установлены.

В приговоре и определении согласно требованиям ст. 307 УПК РФ приведены доказательства, подтверждающие виновность осужденных в содеянном, которым в свою очередь судом дана мотивированная оценка в соответствии со ст. ст. 87 и 88 УПК РФ, а также указано, какие из них суд положил в основу приговора, и приведены убедительные аргументы принятого решения.

Каких-либо данных о том, что судом нарушены требования ст. ст. 15, 244 УПК РФ о состязательности и равенстве прав сторон, в материалах дела не имеется.

Выводы суда о виновности Ходжаева Н.М., Иронова С.Р., Хусенова А.Х., Нумончонова А.Н., Курбонова М.А. в совершении инкриминированных им преступлений подтверждаются совокупностью доказательств, исследованных в судебном заседании и подробно изложенных в приговоре.

Суд правильно сослался в приговоре на следующие доказательства виновности осужденных в совершении инкриминированных им преступлений: на показания Ходжаева, данные им в ходе предварительного расследования в присутствии защитника, из которых следует, что он является членом организации "Хизб ут-Тахрир" с 2000 года и принимал участие в собраниях членов данной организации 17 февраля и 25 марта 2015 г. в квартире по адресу: г. Москва, проезд <...>, д. <...>, кв. <...>; показания Иронова, данные им в ходе предварительного расследования в присутствии защитника, он также с 2000 года является членом организации "Хизб ут-Тахрир", 18, 25 февраля и 4 марта 2015 г. он присутствовал на собраниях организации "Хизб ут-Тахрир" в указанной квартире; показания Курбонова, данные им в ходе предварительного расследования в присутствии защитника, о том, что он является участником организации "Хизб ут-Тахрир" с 2012 года, зная о запрете ее деятельности на территории России, посещал собрания членов данной организации, дал клятву на верность, стал преподавать ее идеологию другим лицам, а также сдавать и собирать деньги для обеспечения ее деятельности; показания Хусенова, данные им в ходе предварительного расследования в присутствии защитника, о том, что он является участником организации "Хизб ут-Тахрир", руководил группой из четырех членов данной организации, затем был назначен "амиром", принимал участие в собраниях членов организации совместно с Х. К., М., Ю., Ш. 25 февраля 2015 г. в квартире по адресу: г. Москва, проезд <...>, д. <...>, кв. <...> 16 марта 2015 г. по тому же адресу с У., С., Х. и Т., 30 марта 2015 г. с М., К., Х. Ш., сообщал присутствующим о необходимости встречаться не реже двух раз в неделю, доводил систему оповещения о местах следующих встреч и призывал распространять полученную на собраниях информацию, рассказывал присутствующим о том, что построение халифата является самой главной обязанностью мусульман и организовал чтение присутствующими текста книги "Система ислама", разъяснял прочитанное и отвечал на вопросы; показания свидетеля П. (<...>) об обстоятельствах его вступления в организацию "Хизб ут-Тахрир" и участия в ее деятельности под руководством Ходжаева, Иронова, Нумончонова, Хусенова, Курбонова, занимавших более высокое положение в иерархии данной организации; показания свидетеля В., принимавшего участие в деятельности "Хизб ут-Тахрир", и детально раскрывшего обстоятельства организационной деятельности лиц, осужденных по настоящему уголовному делу; аналогичные показания свидетелей М., Д., К. М., Н., Р., Р. У., У. Х. У. протоколы осмотров вещественных доказательств - жесткого магнитного диска и флеш-накопителя информации, на которых зафиксированы результаты оперативно-розыскной деятельности - оперативно-розыскного мероприятия "наблюдение" с использованием видео- и аудиозаписи в квартире по адресу: г. Москва, <...>, д. <...> кв. <...> согласно которым установлены состоявшиеся по этому адресу собрания участников "Хизб ут-Тахрир", в которых принимали участие и осужденные, исполняя руководящие роли; протокол осмотра предметов, изъятых 19 октября 2015 г. в ходе обыска в жилище Ходжаева, согласно которому в его ноутбуке обнаружены электронные версии книг организации "Хизб ут-Тахрир аль-Ислами"; протоколы осмотров мобильных телефонов, планшетного компьютера, сим-карты, записной книжки изъятых у Иронова, Курбонова, Хусенова, Нумончонова, согласно которым у них обнаружены номера телефонов членов организации "Хизб ут-Тахрир", книги данной организации в электронном виде, а в записной книжке Хусенова - сведения о финансовой деятельности организации "Хизб ут-Тахрир"; протокол осмотра вещественного доказательства - жесткого магнитного диска с видеозаписями с камеры, установленной на подъезде дома N <...> по проезду <...> в г. Москве, на которых зафиксировано посещение участниками организации "Хизб ут-Тахрир" указанного подъезда в период времени с 21 февраля по 24 мая 2015 г.; экспертное заключение от 29 февраля 2016 г., согласно которому на указанных записях среди прочих зафиксированы Иронов, Хусенов; экспертные заключения от 7 и 21 июня 2016 г., согласно которым на видеозаписях собраний членов "Хизб ут-Тахрир" в квартире по адресу: г. Москва, проезд <...> д. <...> кв. <...> зафиксирована устная речь Ходжаева, Иронова, Хусенова, Нумончонова, Курбонова; протокол осмотра оптических дисков, содержащих сведения о соединениях абонентов мобильной связи, из которого следует, что Ходжаев, Иронов, Курбонов, Хусенов, Нумончонов поддерживали связь с иными членами организации "Хизб ут-Тахрир" с 6 октября 2014 г. по 21 июня 2015 г., также принимавшими участие в указанных собраниях; экспертным заключением от 31 марта 2016 г. о том, что осужденными по данному делу совершены организационные действия по поддержанию деятельности "Хизб ут-Тахрир", соответствующие присущим ей признакам организации, признанной террористической, а также о приверженности осужденных и иных лиц, присутствовавших на собраниях, идеологии организации "Хизб ут-Тахрир аль-Ислами", также признанной террористической; иными доказательствами.

Все эти доказательства согласуются между собой по фактическим обстоятельствам, дополняют друг друга, не содержат противоречий, в связи с чем как не вызывающие сомнений в своей достоверности были правильно приняты за основу при постановлении приговора. Оснований для оговора свидетелями осужденных не имеется.

Оценив в соответствии со ст. ст. 87 - 88 УПК РФ относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства, признав собранные доказательства в совокупности достаточными для разрешения уголовного дела, суд первой инстанции пришел к верному выводу о доказанности вины осужденных в совершении инкриминированных им деяний.

Приговор соответствует требованиям ст. ст. 304, 307 - 309 УПК РФ.

Квалификация действий осужденных Ходжаева, Иронова, Хусенова, Нумончонова, Курбонова, приведенная в описательно-мотивировочной части приговора, является правильной, оснований для иной юридической оценки не имеется.

Доводы осужденных и защитников о том, что в приговоре не приведено доказательств совершения инкриминированных им преступлений, не соответствуют действительности. Как следует из приговора, в нем согласно ст. 307 УПК РФ приведены описание преступных деяний, признанных судом доказанными, с указанием места, времени, способа их совершения, формы вины, мотивов, целей преступлений; доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении осужденных, и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства; указание на обстоятельства, смягчающие наказание; основания и мотивы изменения обвинения; мотивы решения всех вопросов, относящихся к назначению уголовного наказания.

Доводы осужденного Ходжаева о том, что содеянное им не образует состава инкриминированного ему преступления, являются несостоятельными. Как установлено в суде, вопреки его утверждению он не только изучал лично обнаруженные у него книги, но и совершал действия организационного характера по обеспечению деятельности организации "Хизб ут-Тахрир", а именно - организовал подбор и изучение кандидатов на вступление в указанную организацию, а также последующее их привлечение к участию в деятельности организации, подыскивал помещения для проведения собраний, обучал конспирации и противодействию правоохранительным органам, распространял литературу и материалы организации, а также сбор денежных средств, что образует состав преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 205.5 УК РФ.

Наличие у Ходжаева четверых малолетних детей в должной мере учтено в приговоре в качестве смягчающего наказание обстоятельства.

Доводы его защитника - адвоката Доронкина А.Б. о том, что виновность Ходжаева не подтверждается доказательствами, приведенными в приговоре, не соответствуют его содержанию. Как указано выше, виновность Ходжаева в совершении преступления подтверждается совокупностью приведенных в приговоре относимых, допустимых и достаточных доказательств.

То обстоятельство, что некоторые свидетели, допрошенные в суде, показали, что не знают Ходжаева, не свидетельствует о недостоверности и недостаточности иных доказательств, подтверждающих его виновность.

Показания свидетеля В. обоснованно признаны судом достоверными, поскольку согласуются с иными доказательствами по делу. Сам по себе факт активного способствования указанного свидетеля расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию иных лиц не свидетельствует о неправдивости его показаний, как считает сторона защиты, поскольку объективных данных, опровергающих их, по делу не установлено и не указано в апелляционной жалобе защитника.

Довод о том, что никто из участников организации "Хизб ут-Тахрир" не опознал Ходжаева как организатора ее деятельности, не соответствует действительности. Как следует из приведенных в приговоре показаний свидетелей П., В. и других, ими приведена исчерпывающая информация об исполнении Ходжаевым организационно-распорядительных функций в целях обеспечения деятельности организации "Хизб ут-Тахрир", с раскрытием конкретных совершенных им действий, очевидцами которых были эти свидетели.

Также несостоятельным является довод о том, что в записях телефонных переговоров Ходжаева не зафиксированы темы, связанные с организацией деятельности "Хизб ут-Тахрир", поскольку указанные доказательства подтверждают наличие контактов у Ходжаева с иными членами данной организации, что в совокупности с иными доказательствами подтверждает его виновность в совершении преступления.

Мнение защитника осужденного Иронова - адвоката Доронина С.И. о недоказанности обвинения его подзащитного также противоречит приговору, согласно которому виновность Иронова подтверждается как его собственными показаниями на предварительном следствии, так и согласующимися с ними иными доказательствами.

То обстоятельство, что свидетели Д. и Э. входившие по версии стороны обвинения в состав группы, которой руководил Иронов, не допрошены по делу, не свидетельствует о недостаточности иных доказательств и не опровергает их достоверность.

Довод адвоката о том, что оперативно-розыскные мероприятия по данному делу проводились не в отношении Иронова, не свидетельствует о недостоверности результатов этих мероприятий, приведших к его изобличению в совершении инкриминированного преступления. При этом результаты указанных мероприятий в ходе предварительного расследования были закреплены в качестве доказательств в порядке, установленном уголовно-процессуальным законом, и получивших оценку в приговоре.

Вопреки мнению защитника, приведенные в приговоре доказательства подтверждают не присутствие Иронова на собраниях единоверцев, а активное участие в организации деятельности структурного подразделения "Хизб ут-Тахрир".

Довод адвокатов Доронина С.И. и Широкова Т.В. о недопустимости экспертного заключения от 31 марта 2016 г. является несостоятельным, поскольку указанное заключение полностью соответствует требованиям ст. ст. 201, 204 УПК РФ. Как следует из протоколов допросов экспертов <...> К., <...> М., <...>. Ю. (т. 5 л.д. 206 - 2014) все исследования по поставленным вопросам проводились ими совместно. При таких обстоятельствах, вопреки суждению защитника, подписи экспертов под всем заключением не противоречат требованиям ст. 201 УПК РФ, так как они совместно провели исследование в полном объеме, вместе установили факты и пришли к соответствующим выводам. При таких обстоятельствах подписание каждым из них всего заключения является исполнением указания, содержащегося в ч. 2 ст. 201 УПК РФ, и означает несение каждым из них ответственности за заключение в полном объеме.

Данные о стаже экспертов и их специализации приведены в указанном заключении и сомнений не вызывают. Сведений, опровергающих указанную информацию, в апелляционной жалобе защитника не приведено.

Утверждение адвоката о том, что фонографическое экспертное заключение также является недопустимым, так как в нем не приведены методики, примененные при проведении исследования, не соответствует действительности. На листе 152 заключения (т. 6 л.д. 184) указано, что идентификационное исследование проводилось согласно утвержденной методике "Диалект" на основе комплексного использования методов акустического лингвистического анализа устной речи. В исследовательской части заключения подробно раскрываются указанные методы.

Мнение осужденного Хусенова о фальсификации доказательств не соответствует материалам дела, из которых следует, что все исследованные судом доказательства, положенные в основу приговора, были получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона. Опровержения этому в жалобе не приведено.

Доводы его защитника - адвоката Широкова Т.В. о недопустимости экспертного заключения от 31 марта 2016 г. ввиду недостатков, указанных в рецензии специалиста, представленной стороной защиты, идентичны доводам, которые были приведены в суде первой инстанции и обоснованно отвергнуты в приговоре. Суд правильно пришел к выводу о достоверности оспариваемого экспертного заключения, поскольку оно полностью соответствует требованиям ст. ст. 201, 204 УПК РФ. Что касается рецензии специалиста, то содержащиеся в ней сведения не ставят под сомнение выводы, к которым пришли эксперты в ходе исследования материалов уголовного дела. Суд первой инстанции правомерно учел, что автор представленной рецензии к участию в деле в качестве специалиста или эксперта судом не привлекался, материалы дела не изучал, об ответственности за дачу заведомо ложного заключения не предупреждался.

Вопреки мнению защитника экспертное заключение от 31 марта 2016 г. было дано по результатам исследования материалов дела, содержащих достаточные сведения для ответов на поставленные вопросы.

Что касается заключения фонографической экспертизы от 7 июня 2016 г., то в нем содержатся выводы о принадлежности зафиксированных в ходе оперативно-розыскных мероприятий устной речи и голосов осужденным по данному делу. Указанное исследование было произведено в целях подтверждения ранее полученных сведений, которые учитывались при вынесении экспертного заключения от 31 марта 2016 г. Поскольку выводы указанных экспертиз полностью согласуются друг с другом и не противоречат иным доказательствам по делу, оснований для сомнений в их достоверности не имеется.

Довод адвоката о незаконности заключения фонографической экспертизы от 7 июня 2016 г., поскольку по делу была назначена фоноскопическая экспертиза, не может служить основанием для признания указанного доказательства недопустимым, поскольку экспертом проведено исследование именно того объекта, который был представлен на исследование, с ответами на вопросы, сформулированными следователем, так как названия данной экспертизы, указанные в постановлении следователя и в заключении эксперта, являются синонимами, используемыми для обозначения экспертизы зафиксированных звуков путем их записей (фонограмм).

Довод о том, что в указанном заключении содержится ошибочный вывод об участии Хусенова в собрании организации "Хизб ут-Тахрир" 23 марта 2015 г., поскольку иными доказательствами подтверждается, что в этот день Хусенова там не было, не может служить основанием для признания заключения недопустимым в целом. Как следует из приговора, суд, оценив все доказательства в совокупности, признал, что указанное заключение является достоверным в части выводов о принадлежности голоса устной речи Хусенову на собраниях 16 и 30 марта 2015 г., а не 23 марта того же года, как указано в жалобе.

Указание в протоколах осмотра и прослушивания фонограмм на принадлежность высказываний конкретным лицам до получения заключения фонографической экспертизы не влечет признания данных доказательств недопустимыми, поскольку такое указание было основано на сведениях, уже имеющихся в материалах дела. Экспертное заключение послужило дополнительным подтверждением этих сведений.

Заключение фотопортретной экспертизы является одним из доказательств по делу и подтверждает виновность Хусенова в совершении инкриминированного преступления не само по себе, а в совокупности с другими доказательствами, приведенными в приговоре.

Вопреки утверждению защитника, организаторская роль Хусенова в деятельности "Хизб ут-Тахрир" подтверждается не только показаниями свидетелей, допрошенных в суде, но и иными доказательствами, которые в совокупности подтверждают его виновность. Всем указанным доказательствам дана оценка в приговоре, в котором содержатся выводы, в том числе, по каким признакам суд установил, что Хусенов принимал участие в собраниях именно структурного подразделения организации "Хизб ут-Тахрир".

Довод о том, что суд признал Хусенова организатором деятельности террористической организации при тех же обстоятельствах, при которых иные лица были признаны рядовыми участниками, не может служить основанием для отмены или изменения приговора, поскольку суд в соответствии со ст. 252 УПК РФ рассмотрел данное дело только в отношении обвиняемых и лишь по предъявленному им обвинению, что исключает оценку обстоятельств совершения преступлений иными лицами, не являющимися участниками судопроизводства по настоящему уголовному делу.

Доводы осужденного Нумончонова о том, что он лишь посещал собрания, на которых обсуждались различные религиозные темы, и в организации "Хизб ут-Тахрир" не состоял, о запрете деятельности указанной организации на территории Российской Федерации не знал, опровергаются доказательствами, приведенными в приговоре, и не являются основанием для освобождения от уголовной ответственности.

Наличие у Нумончонова трех несовершеннолетних детей в достаточной мере учтено в приговоре как обстоятельство, смягчающее наказание.

Мнение его защитника - адвоката Дейснера В.Ф. о неправильном установлении данных о личности осужденного не может служить основанием для отмены или изменения приговора, поскольку приведенное в приговоре написание его фамилии, имени и отчества подтверждается материалами дела и самим осужденным Нумончоновым. Представление адвокатом копий иных документов, составленных в Республике Таджикистан, в которых фамилия, имя и отчество указанного осужденного приведены в ином написании, не является основанием для изменения приговора.

Доводы адвоката Дейснера В.Ф. о сомнениях в правдивости показаний свидетеля В., о несоответствии экспертных заключений требованиям ст. ст. 201, 204 УПК РФ идентичны доводам, приведенным в жалобах адвоката Доронкина А.Б. в защиту Ходжаева, адвоката Доронина С.И. в защиту Иронова, и подлежат отклонению по приведенным выше основаниям.

Довод о нарушениях требований закона при проведении оперативно-розыскных мероприятий в отношении Нумончонова не основан на законе и материалах дела. При этом Судебная коллегия учитывает, что результаты оперативно-розыскных мероприятий были в ходе предварительного следствия проверены путем проведения следственных действий, законность которых не оспаривается, и нашли свое подтверждение.

Суждение адвоката Дейснера В.Ф. о незаконности оглашения показаний свидетелей, данных на предварительном следствии, по ходатайству государственного обвинителя при наличии существенных противоречий с показаниями, данными в суде, является ошибочным, поскольку возможность оглашения указанных показаний предусмотрена ч. 3 ст. 281 УПК РФ.

Довод адвоката Дейснера В.Ф. об отсутствии в материалах дела письменного поручения государственным обвинителям, обязательность издания которого предусмотрена приказом Генерального прокурора "Об участии прокуроров в судебных стадиях уголовного судопроизводства", не свидетельствует о незаконности приговора, так как в ст. 37 УПК РФ не содержится указания о возможности допуска прокурора к участию в деле лишь при предъявлении суду указанного поручения.

Довод защитника осужденного Курбонова - адвоката Рыженко А.А. о том, что суд в приговоре необоснованно сослался на показания ее подзащитного на предварительном следствии о признании вины в инкриминированном преступлении, так как он таких показаний не давал, а воспользовался правом, гарантированным ст. 51 Конституции Российской Федерации, противоречит материалам дела. Показания Курбонова, данные на предварительном следствии, приведены в приговоре в полном соответствии с содержанием оглашенного в суде протокола указанного следственного действия. Кроме того, как следует из материалов дела, при задержании Курбонову не было причинено вреда здоровью, лишающего его возможности давать показания.

То обстоятельство, что, по собственной оценке, Курбонов приносил не клятву верности организации "Хизб ут-Тахрир", а давал религиозную клятву, не влияет на обоснованность его осуждения и правильность квалификации, поскольку совершение им действий по организации деятельности "Хизб ут-Тахрир" образует состав преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 205.5 УК РФ вне зависимости от произнесения им клятвы.

Довод об отсутствии доказательств участия Курбонова в деятельности партии "Хизб ут-Тахрир" противоречит содержанию приговора.

Назначенное Ходжаеву, Иронову, Хусенову, Нумончонову, Курбонову наказание в силу ст. 6 УК РФ является соразмерным и справедливым.

Суд учел данные о личности осужденных, влияние наказания на условия жизни их семей, отсутствие судимостей в прошлом, положительные характеристики, наличие малолетних детей у Ходжаева, Нумончонова, Иронова и Хусенова, инвалидность матери Хусенова и то, что он воспитывался без отца.

Именно указанные обстоятельства позволили суду прийти к выводу о возможности неприменения к ним дополнительного наказания в виде штрафа по ч. 1 ст. 205.5 УК РФ.

Вместе с тем суд учел конкретные обстоятельства дела, связанные с продолжительностью преступных действий и степенью участия каждого осужденного в организации деятельности организации, которая признана террористической, характер и степень общественной опасности совершенных ими преступлений, придя к обоснованному выводу о возможности достижения целей наказания, указанных в ст. 43 УК РФ, путем лишения Ходжаева, Иронова, Хусенова, Нумончонова, Курбонова свободы на срок, определенный в приговоре.

Судебная коллегия также находит правильным вывод суда об отсутствии оснований для изменения категории преступлений, совершенных осужденными, на менее тяжкую в соответствии со ст. 15 УК РФ.

Вместе с тем, в ходе рассмотрения дела в апелляционном порядке установлено, что во вводной части приговора неверно указаны даты рождения осужденных Нумончонова и Курбонова. В приговоре указана дата рождения Нумончонова "4 <...> 1979 г." и Курбонова - "20 <...> 1990 г.", в то время как согласно материалам дела Нумончонов родился 18 <...> 1981 г., а Курбонов - 22 <...> 1990 г. Указанные ошибки подлежат исправлению.

Ввиду изложенного и руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.14, 389.20, 389.28 и 389.33 УПК РФ, Судебная коллегия

определила:

приговор Московского окружного военного суда от 15 июня 2017 г. в отношении Нумончонова Акмалчона Нумончоновича и Курбонова Мирзобаховаддина Абдуахадовича изменить - исключить из вводной части приговора указание о том:

- что Нумончонов А.Н. родился 4 <...> 1979 г. и считать датой его рождения 18 <...> 1981 г.;

- что Курбонов М.А. родился 20 <...> 1990 г. и считать датой его рождения 22 <...> 1990 г.

В остальной части указанный приговор в отношении Ходжаева Наимджона Мубиновича, Иронова Сухроба Рустамовича, Хусенова Алишера Хасановича, Нумончонова Акмалчона Нумончоновича, Курбонова Мирзобаховаддина Абдуахадовича оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденных Ходжаева Н.М., Иронова С.Р., Хусенова А.Х., Нумончонова А.Н., Курбонова М.А., их защитников - адвокатов Доронкина А.Б., Доронина С.И., Рыженко А.А., Широкова Т.В., Дейснера В.Ф. без удовлетворения.

Председательствующий

А.В.ВОРОНОВ

Судьи

А.Н.ЗАМАШНЮК

С.Г.СОКЕРИН

------------------------------------------------------------------



Популярные статьи и материалы

(c) 2015-2020 Законы, кодексы, нормативные и судебные акты