Законодательство РФ

Апелляционное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 23.11.2017 N 45-АПУ17-23

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 23 ноября 2017 г. N 45-АПУ17-23

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего Червоткина А.С.,

судей Истоминой Г.Н. и Кочиной И.Г.,

при секретаре Горностаевой Е.Е.,

старшего прокурора апелляционного управления Генеральной прокуратуры РФ Прониной Е.Н., защитников осужденных - адвокатов Горбунова С.В. и Урсола А.Л.

рассмотрела в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционному представлению государственного обвинителя Новосельцевой Т.Н., апелляционным жалобам осужденных Зарубина С.В. и Тавабилова А.Ф. на приговор Свердловского областного суда от 1 августа 2017 года, которым

Зарубин Сергей Владимирович, <...> судимый 20 ноября 2014 года Ханты-Мансийским окружным судом (с учетом апелляционного определения Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 26 марта 2015 года) по ч. 3 ст. 162 УК РФ к 7 годам 10 месяцам лишения свободы, наказание не отбыто,

осужден к лишению свободы

- по п. "а" ч. 4 ст. 162 УК РФ (в редакции Федерального закона от 8 декабря 2003 года N 162-ФЗ) по факту разбойного нападения на К. 11 марта 2006 года сроком на 8 лет;

- по п. "а" ч. 4 ст. 162 УК РФ (в редакции Федерального закона от 8 декабря 2003 года N 162-ФЗ) по факту разбойного нападения на П. 26 июня 2006 года сроком на 8 лет;

- по п. п. "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ (в редакции Федерального закона от 21 июля 2004 года N 73-ФЗ) сроком на 13 лет;

- по п. п. "а", "б", "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ (в редакции Федеральных законов от 8 декабря 2003 года N 162-ФЗ, от 23 декабря 2010 года N 388-ФЗ) сроком на 9 лет;

- по ч. 1 ст. 222 УК РФ (в редакции Федеральных законов от 21 июля 2004 года N 73-ФЗ, от 8 декабря 2003 года N 162-ФЗ) к 1 году лишения свободы; на основании п. "б" ч. 1 ст. 78 УК РФ освобожден от отбывания наказания в связи с истечением срока давности уголовного преследования.

По совокупности преступлений в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказаний назначено 14 лет лишения свободы;

На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения с наказанием по приговору от 20 ноября 2014 года окончательно назначено 15 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Тавабилов Александр Фидаилович, <...> несудимый,

осужден к лишению свободы

- по п. п. "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ (в редакции Федерального закона от 21 июля 2004 года N 73-ФЗ) сроком на 12 лет;

- по п. п. "а", "б", "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ (в редакции Федеральных законов от 8 декабря 2003 года N 162-ФЗ, от 23 декабря 2010 года N 388-ФЗ) сроком на 8 лет.

По совокупности преступлений в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказаний назначено 13 лет лишения свободы; с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Постановлено взыскать компенсацию морального вреда в пользу З. с Зарубина С.В. - 550 000 рублей, с Тавабилова А.Ф. - 450 000 рублей; в пользу С. с Зарубина С.В. - 550 000 рублей, с Тавабилова А.Ф. - 450 000 рублей.

Заслушав доклад судьи Истоминой Г.Н., изложившей содержание обжалуемого приговора, доводы апелляционного представления и апелляционных жалоб, выступление прокурора Прониной Е.Н., поддержавшей доводы апелляционного представления и полагавшей приговор изменить: переквалифицировать действия Зарубина с ч. 1 на ч. 3 ст. 222 УК РФ, по которой освободить его от наказания, усилить назначенное осужденным наказание как за каждое преступление, так и по совокупности преступлений, апелляционные жалобы оставить без удовлетворения; выступления осужденных Зарубина С.В. и Тавабилова А.Ф., их защитников - адвокатов Урсола А.Л. и Горбунова С.В., поддержавших доводы апелляционных жалоб и полагавших оставить апелляционное представление без удовлетворения, Судебная коллегия

установила:

Зарубин С.В. и Тавабилов А.Ф. осуждены за совершение 16 ноября 2006 года разбойного нападения на З. с применением оружия, в составе организованной группы, с незаконным проникновением в помещение, в особо крупном размере, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего, и за убийство З., сопряженное с разбоем, организованной группой.

Зарубин С.В. осужден также за разбойное нападение 11 марта 2006 года на К. в составе организованной группы, с применением оружия, в крупном размере; за разбойное нападение 26 июня 2006 года на П. в составе организованной группы, с угрозой применения оружия, в крупном размере; за незаконное хранение и ношение в период с июля 2005 года до 13 мая 2007 года огнестрельного оружия и боеприпасов.

Преступления совершены ими в г. Артемовском Свердловской области при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Новосельцева Т.Н., считая приговор незаконным, необоснованным и несправедливым в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела, неправильным применением уголовного закона, чрезмерной мягкостью назначенного наказания, ставит вопрос о его отмене.

Полагает, что суд необоснованно переквалифицировал действия Зарубина с ч. 3 на ч. 1 ст. 222 УК РФ, исключив квалифицирующий признак организованной группы, поскольку оружие и боеприпасы было приобретено Зарубиным и использовано организованной группой при разбойных нападениях; последнему была отведена роль по хранению оружия и боеприпасов, доставлению их к месту совершения преступлений, а затем - помещению в тайник; эти действия совершались с согласия остальных членов организованной группы в соответствии с разработанным планом; тот факт, что другие члены организованной группы оружие и боеприпасы не хранили и не носили, значения для квалификации действий осужденного не имеет.

Считает, что при назначении наказания Тавабилову суд необоснованно учел в качестве смягчающего обстоятельства активное способствование раскрытию преступлений (п. "и" ч. 1 ст. 61 УК РФ), поскольку никакого содействия этому осужденный не оказывал, информации, ранее не известной правоохранительным органам, не сообщил, давал ложные показания относительно обстоятельств совершенного преступления, преуменьшая свою роль в содеянном; вывод суда в этой части в приговоре не мотивирован; в основу приговора положены не его показания, а показания Зарубина.

Кроме того, указывает, что осужденным назначено чрезмерно мягкое наказание, не соответствующее тяжести содеянного, данным о личности и роли каждого, поскольку преступления совершены в составе организованной группы, с применением огнестрельного оружия, что существенно повышает их общественную опасность, из низменных побуждений - жажды наживы, повлекли тяжкие последствия в виде смерти ранее знакомого им З. имевшего новорожденного ребенка; Зарубин совершил ряд групповых особо тяжких преступлений против личности и собственности на территории двух субъектов Российской Федерации, с применением огнестрельного оружия.

Просит приговор отменить и вынести новый обвинительный приговор, исключив указание на признание смягчающим наказание Тавабилова обстоятельством активного способствования раскрытию преступлений, увеличив размер наказания Зарубину за каждое преступление, предусмотренное п. "а" ч. 4 ст. 162 УК РФ, до 9 лет лишения свободы, п. п. "а", "б", "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ - до 10 лет лишения свободы, п. п. "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ - до 18 лет лишения свободы, ч. 3 ст. 222 УК РФ - до 5 лет лишения свободы, освободив его от отбывания наказания за последнее преступление; наказание, назначенное на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ, - до 20 лет лишения свободы, а на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ - до 22 лет лишения свободы; Тавабилову - по п. п. "а", "б", "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ - до 9 лет 6 месяцев лишения свободы, п. п. "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ - до 17 лет лишения свободы, а наказание, назначенное на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ, - до 18 лет лишения свободы.

Осужденный Зарубин С.В. в апелляционной жалобе и дополнениях к ней приводит доводы о незаконности и необоснованности приговора, несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, доказательствам, рассмотренным в судебном заседании. Ссылается на то, что в приговоре не указано, в связи с чем одни доказательства приняты во внимание, а другие отвергнуты; не раскрыто содержание показаний потерпевших и свидетелей, а также других доказательств; приговор основан на предположениях, выводы суда содержат существенные противоречия.

Указывает, что в качестве доказательств виновности суд необоснованно сослался на его явки с повинной и показания на предварительном следствии, не подтвержденные совокупностью других доказательств, в которых он оговорил себя под воздействием физического насилия со стороны осужденных и психологического давления со стороны сотрудников ИК<...> и следователя. Суд необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства стороны защиты об исследовании видеозаписи, подтверждающей противоправные действия осужденных и сотрудников исправительного учреждения. Судом необоснованно не приняты во внимание его показания в судебном заседании о непричастности к совершению преступлений в отношении К. и П., о невиновности в разбое и убийстве З., о договоренности с Ч. лишь о краже денежных средств ЗАО "<...>", об имитации З. кражи, об отсутствии сговора на разбой и убийство последнего и неосведомленности о планах Ч. относительно действий последнего, об отсутствии организованной группы.

Просит приговор отменить, направив дело на новое судебное разбирательство.

Осужденный Тавабилов А.Ф. в апелляционной жалобе и дополнении к ней также ставит вопрос об отмене приговора, ссылаясь на его незаконность, необоснованность, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, неверную квалификацию его действий.

Излагая свою версию случившегося, указывает, что доказательств, свидетельствующих о его виновности в разбойном нападении и убийстве З., не имеется, вывод суда об этом ошибочен и основан на предположениях. Убивать его не собирался, совместно с Зарубиным и Ч. совершил кражу, но заранее в обсуждении плана преступления, а также суммы денег, которую они намеревались похитить, не участвовал, согласившись на предложение Ч. постоять "настороже" и, в случае необходимости, сообщить ему по телефону о появлении сторожа или других лиц.

Вывод суда о его осведомленности о наличии у других участников огнестрельного оружия, о намерении его применить в случае неудачной попытки убийства З. путем введения смертельной дозы наркотика материалами дела не подтвержден; показания Зарубина о том, что ему об этом рассказывал Ч. доказательствами его виновности не являются. Не учтены первоначальные показания Зарубина о том, что пистолет был взят с собой для стрельбы в случае погони.

Указание в приговоре на то, что Ч. произвел выстрел в охранника, когда они втроем собирались уходить со склада, противоречит показаниям Зарубина о причинении Ч. смертельного ранения З. без согласования с ним непосредственно после сделанной ему инъекции наркотического средства, то есть до его (Тавабилова) появления на складе.

Ссылка в приговоре на то, что Зарубин и Ч. лишь 14 ноября 2006 года узнали о том, что охранником на складе работает З. не соответствует фактическим обстоятельствам дела.

Судом положены в основу выводов о его виновности в разбое и убийстве недопустимые доказательства: явка с повинной Зарубина и противоречивые показания последнего на предварительном следствии, полученные под принуждением после примененного к Зарубину насилия, в том числе в ходе очной ставки, относительно его (Тавабилова) осведомленности о наличии оружия и его роли в преступлении, а также заключение эксперта о правдивости показаний последнего. Не учтено, что проверка заявления Зарубина о применении к нему недозволенных методов ведения следствия проведена формально, тем же следственным органом, в производстве которого находилось данное уголовное дело. В удовлетворении ходатайства о просмотре видеофильма о насилии над осужденными в ИК<...> судом необоснованно было отказано. Надлежащая оценка противоречиям в показаниях Зарубина относительно его роли в преступлении, данным до смерти Ч., а также после его смерти, судом не дана.

Суд не учел, что его (Тавабилова) показания на предварительном следствии и в суде противоречий не содержат. Он указывал, что Ч. позвал его в помещение склада, чтобы помочь взломать замок и проникнуть в помещение бухгалтерии, где находилась касса, но его помощь не потребовалась, так как Ч. найдя лом, сам вскрыл замок, а затем дверцу ящика, откуда взял деньги. Зарубин в помещение бухгалтерии и кассы не заходил. Он, Тавабилов, полагал, что охранник осведомлен о происходящем и находится в своей сторожке, звука выстрела он не слышал, а об убийстве З. ему никто не сообщил.

Наркотическое средство он приобрел по просьбе Ч., предварительно договорившегося по телефону с продавцом о его количестве и стоимости. О том, каким образом последний собирался распорядиться указанным средством, ему не было известно.

Перечисленные в приговоре доказательства надлежащим образом не исследовались и детальная оценка им не дана.

Оспаривает также вывод о совершении преступления организованной группой, ссылаясь на отсутствие организатора, признаков устойчивости, подчиненности, стабильности и постоянства ее состава, длительности существования, уровня организованности, слаженности действий, планирования и тщательной подготовки, четкого распределения ролей и преступных доходов. Обращает внимание на наличие противоречий в приговоре при указании на равноправие членов группы и в то же время квалификации действий по признаку организованной группы, отсутствие доказательств его умысла на совершение преступления в составе организованной группы.

Выражает несогласие с признаком особо крупного размера похищенного, поскольку похищены были денежные средства в сумме 215 051,27 рублей.

Приводит доводы о несправедливости наказания, его чрезмерной суровости, несоразмерности содеянному, в том числе с учетом размера наказания, назначенного Зарубину.

В возражениях на апелляционные жалобы осужденных государственный обвинитель Новосельцева Т.Н. и потерпевшая З. просит оставить их без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления и апелляционных жалоб, Судебная коллегия находит выводы суда о виновности Зарубина С.В. и Тавабилова А.Ф. в содеянном правильными, основанными на исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре доказательствах.

На основе исследованных в судебном заседании доказательств судом правильно установлены фактические обстоятельства, составляющие объективную сторону совершенных Зарубиным и Тавабиловым преступлений.

Вопреки доводам апелляционных жалоб суд оценил все доказательства, исследованные в судебном заседании в соответствии с требованиями ч. 1 ст. 88 УПК РФ, правильно установив обстоятельства совершенных преступлений, указав в приговоре, по каким основаниям одни доказательства взял за основу, признав их достоверными, а другие отверг, изложив мотивы принятых решений.

Доводы апелляционной жалобы Зарубина о том, что суд обязан был отдать предпочтение его показаниям, данным в судебном заседании, а не на предварительном следствии, не основаны на положениях ст. 74 и 75 УПК РФ, в силу которых все показания участников процесса являются равноценными доказательствами, если они отвечают требованиям допустимости.

Судом были тщательно проверены и обоснованно отвергнуты с приведением соответствующих мотивов в приговоре доводы Зарубина о непричастности к совершенным преступлениям в отношении К. и П.

Так, осужденный Зарубин в ходе предварительного следствия указывал о состоявшейся с Ч. договоренности и планировании нападений на бизнесменов с целью хищения у них денег, намерении их раздела в равных частях, использовании при нападении оружия, ранее приобретенного и хранимого Зарубиным, а также одноразовых масок, перчаток.

Перед нападением на К. они установили, что каждый вечер потерпевший ходил в магазин за выручкой, полагали, что деньги в сумме не менее 500 000 рублей он хранит в своей квартире, в которую они намеревались проникнуть с целью их хищения, связав потерпевшего, которому предварительно Ч. должен был нанести ранение из пистолета в руку или ногу, и вставив ему в рот кляп. Взяв с собой пистолет, принесенный Зарубиным, веревку, надев маски, они подошли к дому потерпевшего, Ч. с пистолетом спрятался за дверью в подъезд, а он возле гаражей наблюдал за окружающей обстановкой с целью предупреждения о появлении посторонних. При появлении К. Ч. произвел выстрел в него, но произошла осечка, после второго выстрела К. застонал и побежал в сторону магазина. Не ожидая, что потерпевший сможет убежать, они с места преступления скрылись.

Аналогичные показания Зарубин дал при проверке показаний на месте, указав место нападения на К. и направление, в котором тот убежал после выстрела в него, а также продемонстрировав свои действия и действия Ч.

Суд обоснованно указал, что именно эти показания Зарубина согласуются с показаниями потерпевшего К. на предварительном следствии, в том числе при проверке показаний на месте, о том, что каждый вечер он ходил в магазин, чтобы закрыть его. 11 марта 2006 года около 20 часов 30 минут, выйдя из подъезда, увидел стоящего слева от него мужчину в маске с прорезями для глаз, направившего ему в голову пистолет, а когда он, К., побежал, услышал выстрел и почувствовал, что ранен в плечо. При этом потерпевший указал направление, в котором побежал он и стрелявший в него мужчина, что полностью соответствует вышеуказанным показаниям Зарубина и согласуется с протоколом осмотра места происшествия, в ходе которого осмотрена площадка за дверью подъезда, способная вместить взрослого человека, комплекс гаражей, о которых сообщил Зарубин, а также проезд, ведущий к магазину "<...>".

Суд обоснованно указал, что характер и локализация телесных повреждений в виде непроникающего слепого пулевого ранения левой задней поверхности грудной клетки в левой трети с переломами акромиального отростка левой лопатки и переломом первого левого ребра, повлекших причинение средней тяжести вреда здоровью К., подтвержденные заключением судебно-медицинской экспертизы, интенсивность примененного насилия в составе организованной группы, использование при этом огнестрельного оружия, что соответствует показаниям Зарубина на предварительном следствии, свидетельствуют об умысле нападавших на разбой.

В обоснование вывода о виновности Зарубина в разбойном нападении в составе организованной группы на П. в приговоре приведены показания осужденного при допросах в качестве подозреваемого и обвиняемого о нападении на предпринимателя П., имевшего торговый павильон и, как они полагали, хранившего в своей квартире не менее 500 000 рублей, на которые он собирался приобрести автомобиль; о предварительном выслеживании и установлении времени выхода потерпевшего из квартиры, намерении под угрозой пистолетом связать П., приготовлении для этого веревки, изготовлении масок; о том, что Ч. с пистолетом в руках спрятался около входной двери квартиры потерпевшего, а он, Зарубин, - на площадке между первым и вторым этажами, чтобы наблюдать за окружающей обстановкой и предупредить о появлении посторонних. Когда П. вышел из квартиры, прозвучал звук выстрела, но потерпевший смог забежать в свою квартиру и закрыть дверь.

При проверке показаний на месте Зарубин давал аналогичные показания, указав на дверь квартиры потерпевшего, место, где они ожидали выхода П.

Именно указанные показания Зарубина согласуются с показаниями потерпевшего П. о том, что, когда он вышел из квартиры, к нему подошел мужчина в маске с пистолетом в руке, выстрелил ему в голову, но он присел, вследствие чего пуля попала во входную дверь, а он смог зайти в квартиру; второй мужчина, на лице которого была маска, стоял на лестничном пролете между первым и вторым этажами; с протоколом осмотра места происшествия, в котором зафиксировано обнаружение на площадке первого этажа стреляной гильзы калибра 9 мм с цифровым обозначением "3887", стреляной пули такого же калибра, сквозного повреждения дверного полотна квартиры потерпевшего; заключением судебно-баллистической экспертизы о том, что пуля и гильза стреляны из нестандартного (самодельного или переделанного) огнестрельного оружия, что соответствует показаниям Зарубина и Н. об изготовлении последним по просьбе осужденного оружия из пневматического пистолета.

В связи с наличием у Зарубина умысла на использование при нападении на К. и П. оружия, которым он обеспечил другого члена организованной группы, его действия также правильно квалифицированы как разбой соответственно по признакам применения и угрозы применения оружия, несмотря на то, что применено оно было лицом, в отношении которого в возбуждении уголовного дела отказано в связи со смертью.

Судом были тщательным образом проанализированы и обоснованно отвергнуты, как противоречащие другим доказательствам, показания осужденных в судебном заседании об отсутствии у них умысла на разбой и убийство З. и совершении ими кражи денег ЗАО "<...>".

Так, на предварительном следствии Зарубин, показания которого обоснованно положены в основу приговора, пояснял о тщательной подготовке совместно с Ч. к нападению на охранника склада с целью хищения не менее одного миллиона рублей, о наблюдении за территорией с целью выяснения количества охранников, их распорядка дня, приготовлении масок, неудачных попытках нападения; о привлечении в ноябре 2006 года к преступлению Тавабилова, которому отводилась роль наблюдения за окружающей обстановкой с целью предупреждения о появлении других людей, о посвящении последнего в их план похитить более миллиона рублей и получении согласия на это от последнего; изменении им и Ч. плана, согласно которому под предлогом угощения сторожа З. наркотиками он и Ч. должны были попасть на склад, ввести последнему смертельную дозу наркотического средства, а Тавабилов - привезти наркотическое средство, находиться на улице с целью предупреждения по телефону о появлении посторонних, а затем - помочь им взломать двери в офисное помещение склада, а также сейф с деньгами; о согласии Тавабилова участвовать в этом преступлении; о приобретении последним 15 ноября 2006 года в Екатеринбурге наркотика для убийства сторожа, а также о намерении убить сторожа из пистолета в случае, если смерть не наступит от передозировки наркотика, о чем он было сообщено и Тавабилову.

На предварительном следствии Зарубин также пояснял, что после введения Ч. З. с согласия последнего наркотического средства они позвали Тавабилова, следившего за окружающей обстановкой, вместе с которым при помощи пожарного лома взломали дверь в офисное помещение, а также сейф, из которого извлекли деньги. Ч. сказал, что от передозировки З. не умер, попросил передать ему пистолет, чтобы застрелить сторожа, что он и сделал, после чего Ч. направился к З.

Показания Зарубина о планах группы убить З. с помощью передозировки неустановленного вещества, которое они считали наркотическим средством, а впоследствии - при помощи пистолета и об осуществлении этого плана согласуются с выводами судебно-химических и судебно-медицинской экспертиз о нахождении в моче и крови погибшего морфина и кодеина, являющихся частями наркотического средства, а также о характере и локализации телесного повреждения в виде сквозного ранения головы.

Тавабилов в ходе предварительного следствия также сообщал, что по указанию Ч. приобрел наркотик в Екатеринбурге, передал его последнему в присутствии Зарубина, войдя в помещение склада, видел, что охранник был жив, описал место его нахождения и его физическое состояние.

Таким образом, показания Тавабилова на предварительном следствии в части обстоятельств, установленных судом, также согласуются с вышеуказанными показаниями Зарубина. При этом с учетом договоренности осужденных об убийстве сторожа, выполнении каждым отведенной роли в совершении преступления, не имеет значения, находились осужденные, в том числе Тавабилов, в момент убийства сторожа на складе, или нет.

Кроме того, из протокола осмотра места происшествия следует, что в комнате охранника обнаружены гильза и пуля калибра 9 мм с цифровым обозначением "<...>", что соответствует заключению баллистической экспертизы и показаниям Зарубина об убийстве сторожа из того же пистолета, который применялся в предыдущих разбойных нападениях; на постельном белье на диване обнаружены следы вещества, похожего на кровь, в административном помещении - следы взлома двери путем отжатия и разрушения деревянного полотна, сейф с отогнутой дверью, металлический прут, что соответствует заключению судебно-криминалистической экспертизы о способе воздействия на дверцы сейфа, указанном осужденными.

Приведенными доказательствами о приискании осужденными до нападения орудий убийства З. опровергаются показания Зарубина на предварительном следствии, на которые обращается внимание в жалобе Тавабилова, о намерении совместно с потерпевшим З. "имитировать" кражу.

Сопоставив показания Зарубина на предварительном следствии с иными доказательствами, принимая во внимание соответствие указанных показаний другим доказательствам, приведенным в приговоре, отсутствие у осужденного оснований для оговора Тавабилова, суд, оценив эти доказательства с точки зрения относимости, допустимости, а в совокупности - и достаточности для разрешения уголовного дела, обоснованно признал эти их показания достоверными, положив их в основу вывода о виновности обоих осужденных.

Существенных противоречий, влияющих на выводы суда, показания Зарубина на предварительном следствии не содержат. При этом время дачи им этих показаний принципиального значения для дела не имеет.

Доводы Зарубина об оказании на него физического воздействия со стороны осужденных и психологического давления со стороны сотрудников исправительного учреждения и следователя также были тщательно проверены судом и обоснованно отвергнуты с приведением в приговоре надлежащих мотивов, с которыми согласна Судебная коллегия.

То обстоятельство, что проверка заявления Зарубина о недозволенных методах ведения следствия, была проведена тем же органом, в производстве которого находилось данное уголовное дело, не повлияло на выводы суда и не свидетельствует о недопустимости показаний Зарубина на предварительном следствии, поскольку и сам Зарубин ни в ходе следствия, ни в судебном заседании не указывал на применение к нему какого-либо насилия со стороны следователя О. расследовавшего дело, а также оперуполномоченного Ч. отобравшего явки с повинной.

Из протоколов допросов, а также протоколов иных следственных действий с участием Зарубина видно, что данные следственные действия были проведены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, с участием защитника, правильность отраженных в них сведений удостоверена подписями участвующих лиц, в том числе осужденного и его защитника, заявлений и сведений о нарушении его прав в них не содержится.

С учетом этого суд обоснованно отказал в удовлетворении ходатайства стороны защиты о просмотре видеозаписи, произведенной членами общественной наблюдательной комиссии исправительных учреждений, как не имеющей правового значения для рассмотрения данного уголовного дела.

В основу приговора судом положены только допустимые доказательства по делу.

Доводы апелляционной жалобы Тавабилова А.Ф. об обосновании приговора недопустимыми доказательствами: явками с повинной Зарубина С.В., заключением эксперта по видеозаписи его допроса являются необоснованными, поскольку явка с повинной не использовалась как доказательство виновности осужденных, а заключение эксперта по видеозаписи допроса Зарубина содержит лишь выводы о состоянии Зарубина в момент допроса, а не о содержании его показаний с точки достоверности.

Вопреки доводам жалоб, суд обоснованно указал, что умысел осужденных, в том числе Тавабилова, был направлен на разбой и убийство сторожа сначала при помощи передозировки неустановленного вещества, которое они считали наркотическим, а в случае, если смерть не наступит, - при помощи пистолета. При этом Зарубин участвовал в обсуждении такого плана преступления, ролей членов группы, во исполнение своей роли, убедившись, что З. после введения ему этого вещества жив, передал лицу, в отношении которого в возбуждении уголовного дела отказано, пистолет для доведения умысла на убийство до конца, участвовал в хищении денег, а Тавабилов согласился участвовать именно в этом преступлении, выполнив отведенную ему роль по доставке из Екатеринбурга неустановленного вещества для убийства сторожа, наблюдению за окружающей обстановкой во избежание появления других лиц и непосредственном участии во взломе запорных устройств и изъятии денег из сейфа.

Поскольку при совершении разбойного нападения на склад ЗАО "<...>" умысел осужденных был направлен на лишение жизни З., несмотря на то, что насилие, опасное для жизни потерпевшего было причинено одним из участников группы, действия осужденных обоснованно квалифицированы как соисполнительство в разбое. При этом, учитывая, что применение оружия в случае, если смерть З. не наступит от передозировки неустановленного вещества, охватывалось умыслом каждого участника, в том числе Тавабилова, действия осужденных правильно квалифицированы по признаку применения оружия.

В связи с тем, что Зарубин при нападении на К. и П. намеревался завладеть денежными средствами в размере не менее 500 000 рублей, а при нападении на склад ЗАО "ТД <...>" Зарубин и Тавабилов имели намерение похитить более 1 000 000 рублей, действия Зарубина по эпизодам от 11 марта и 26 июня 2006 года были правильно квалифицированы как разбой в крупном размере, а действия обоих осужденных по эпизоду от 16 ноября 2006 года, - в особо крупном размере. Фактическое похищение ими денежных средств в меньшем размере (215 051,27 рублей) не имеет правового значения.

Суд обоснованно признал Зарубина виновным в совершении разбойных нападений и убийства З., совершенных в составе организованной группы, поскольку Зарубин и лицо, в отношении которого в возбуждении уголовного дела отказано, заранее объединились для совершения разбойных нападений, вели сложную подготовку, тщательно планировали свои действия, изучая распорядок дня потерпевших, обследовали места готовящихся нападений, распределяли роли, меняли планы, заранее подготовили для использования в процессе нападений огнестрельное оружие, маски.

Принимая во внимание указанные обстоятельства, а также количество совершенных Зарубиным с другим лицом преступлений, стабильный состав группы, суд обоснованно расценил их группу организованной.

С учетом установленных судом обстоятельств действия Зарубина по разбойным нападениям от 11 марта и 26 июня 2006 года правильно квалифицированы по п. "а" ч. 4 ст. 162 УК РФ, по разбою и убийству от 16 ноября 2006 года - по п. п. "а", "б", "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ и п. п. "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ в указанных в приговоре редакциях.

Законным и обоснованным является и осуждение Зарубина за хранение и ношение огнестрельного оружия и боеприпасов с период с июля 2005 года по 13 мая 2007 года по ч. 1 ст. 222 УК РФ в редакции Федеральных законов от 21.07.2004 N 73-ФЗ, от 08.12.2003 N 162-ФЗ.

В подтверждение вывода о виновности Зарубина в данном преступлении суд обоснованно привел его показания относительно изготовления Н. огнестрельного оружия путем переделки из пневматического и передаче пистолетов осужденному, помещения их в тайник, снаряжения боеприпасами, переноски в свою квартиру, заключения баллистических экспертиз и другие доказательства.

Оценив представленные сторонами доказательства, суд пришел к выводу о том, что действия по оборудованию тайника для хранения оружия и боеприпасов, помещению в тайник огнестрельного оружия и боеприпасов, хранению и переноске огнестрельного оружия и боеприпасов, были осуществлены лично Зарубиным, а о месте тайника лицо, в отношении которого в возбуждении уголовного дела отказано, узнало только в мае 2007 года.

В связи с тем, что незаконные действия с оружием и боеприпасами Зарубин совершил самостоятельно без участия и поручения лица, в отношении которого в возбуждении уголовного дела отказано, суд обоснованно признал недоказанным совершение им указанных действий в составе организованной группы.

Установленные судом в приговоре действия Зарубина по хранению и ношению огнестрельного оружия и боеприпасов не оспариваются по существу в апелляционном представлении.

Признавая незаконной квалификацию действий Зарубина, автор представления исходит из того, что тот факт, что кроме Зарубина оружие и боеприпасы остальные члены организованной группы не хранили и не носили, не имеет значения для квалификации действий осужденного.

Однако такое суждение не основано на законе. Согласно ч. 5 ст. 35 УК РФ участники организованной группы несут уголовную ответственность лишь за те преступления, в подготовке и совершении которых они участвовали, ответственность за все преступления, совершенные организованной группой несет лицо создавшее группу и руководившее его, если они охватывались его умыслом.

Поскольку в составе организованной группы Зарубина и другого лица не было организатора, другое лицо не принимало участия в совершении незаконных действий с огнестрельным оружием и боеприпасами, оно не может нести ответственность за эти действия.

При таких данных действия Зарубина по хранению и ношению огнестрельного оружия и боеприпасов, совершенные без участия иных лиц, не могут рассматриваться по правилам о соучастии, как совершенные в составе организованной группы.

Использование в ходе разбойных нападений оружия с боеприпасами, принесенного Зарубиным, и приобретение патронов другим участником, на что ссылается государственный обвинитель в апелляционном представлении, само по себе не свидетельствует о совершении осужденным указанного преступления в составе организованной группы и не влияет на выводы суда о квалификации его действий по ч. 1 ст. 222 УК РФ в редакции, указанной в приговоре суда.

С учетом изложенного оснований для переквалификации действий Зарубина на ч. 3 ст. 222 УК РФ не имеется.

Вместе с тем, Судебная коллегия не может согласиться с выводом суда первой инстанции о квалификации действий Тавабилова по признаку организованной группы по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 3 ст. 35 УК РФ преступление признается совершенным организованной группой, если оно совершено устойчивой группой лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений.

Такие обстоятельства в отношении Тавабилова не установлены судом.

Суд пришел к выводу о том, что Тавабилов, согласившись с предложением Зарубина и другого лица принять участие в нападении на сторожа, вступил в созданную ими организованную группу для совершения разбойных нападений.

Однако доказательства того, что Тавабилов, согласившись принять участие в разбое и убийстве, был осведомлен об устойчивых преступных связях между Зарубиным и другим лицом, знал о совершенных ими разбойных нападениях, в материалах дела не содержатся, в судебном заседании эти вопросы не выяснялись и доказательства, подтверждающие осведомленность Тавабилова о характере группы, в состав которой он вошел, в приговоре не приведены.

Кроме того, в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого и обвинительном заключении также не указано о том, что Тавабилову было известно о создании Зарубиным и другим лицом организованной группы, а также о том, что Зарубин и другое лицо предложили ему участвовать не только в нападении на сторожа ЗАО "<...>", но и других разбойных нападениях, и он согласился с этим предложением. Обвинение Тавабилову в совершении иных преступлений не предъявлялось.

При таких данных суд не имел оснований для вывода о том, что Тавабилов вступил в организованную группу для совершения не одного, а нескольких разбойных нападений.

Мотивируя совершение Тавабиловым разбойного нападения на З. и убийства потерпевшего в составе организованной группы, суд также сослался на то, что разбой и убийство отличались длительной совместной подготовкой, сложным исполнением, участники организованной группы разработали несколько планов нападения, изучали распорядок охранников, приготовили орудие преступления, распределили роли.

Между тем такой вывод не следует из установленных судом фактических обстоятельств совершенных преступлений в отношении З.

Как следует из описания преступных действий Тавабилова и Зарубина, в приговоре и материалов дела, все действия в период с сентября по октябрь 2006 года по подготовке разбойного нападения, осуществлению наблюдения за территорией склада, установлению режима работы, количества охранников, путей проникновения на прилегающую к складу территорию, по планированию действий, а затем по последующему изменению плана нападения, распределению ролей совершили Зарубин и лицо, в отношении которого в возбуждении уголовного дела отказано.

Тавабилов был привлечен к совершению преступления в отношении ЗАО "<...>" и З. после неудавшейся попытки проникнуть на склад. После чего Тавабилов, Зарубин и другое лицо повторили попытку, но не смогли проникнуть в помещение склада.

После этого Зарубин и другое лицо разработали новый план нападения и только 14 ноября 2006 года, то есть накануне его совершения, поставили в известность Тавабилова.

Изложенное свидетельствует о том, что Тавабилов не принимал участия в подготовительной деятельности к преступлениям, разработке планов, он, согласившись принять участие в разбое и убийстве, лишь выполнил отведенную ему роль: приобрел неустановленное вещество, полагая, что это наркотик, передал его другому лицу для введения З. с целью его убийства, следил за окружающей обстановкой, затем проник в склад, где находились Зарубин и другое лицо, совместно отжали дверцу сейфа и похитили деньги.

При таком положении, исходя из предъявленного Тавабилову обвинения и установленных судом обстоятельств, оснований для квалификации его действий по обоим преступлениям по признаку организованной группы не имелось.

Действия Тавабилова по разбойному нападению правильно надлежит квалифицировать по п. п. "б", "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества в особо крупном размере, с незаконным проникновением в помещение, группой лиц по предварительному сговору, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего.

Осуждение Тавабилова по п. "а" ч. 4 ст. 162 УК РФ, предусматривающему ответственность за совершения разбоя организованной группой, подлежит исключению из приговора.

Действия Тавабилова по убийству З. подлежат переквалификации с п. п. "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ на ч. 5 ст. 33 п. "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ в редакции закона, указанного в приговоре.

При этом Судебная коллегия исходит из следующего. Как установлено судом и следует из материалов дела, действия, непосредственно направленные на причинение смерти З. путем введения инъекции неустановленного вещества и путем производства выстрела из оружия, совершило одно лицо, в отношении которого в возбуждении уголовного дела отказано.

Тавабилов и Зарубин оказали содействие указанному лицу в совершении убийства, передав ему орудия преступления: Тавабилов - неустановленное вещество, полагая, что это наркотик, Зарубин - пистолет.

В связи с тем, что Зарубин являлся членом организованной группы, его действия по оказанию содействия в убийстве правильно расценены судом как соисполнительство.

Действия же Тавабилова, не являющегося участником организованной группы, оказавшего содействие в убийстве другому лицу, непосредственно причинившему смерть потерпевшему, правильно надлежит как пособничество в убийстве, сопряженном с разбоем.

Наказание осужденным назначено в соответствии со ст. 6, 60, ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Вопреки доводам апелляционного представления и апелляционных жалоб осужденных при назначении наказания суд в полной мере учел характер и степень общественной опасности совершенных каждым преступлений, их роли в содеянном, данные о личности осужденных, влияние наказания на их исправление и условия жизни их семей. При этом были учтены все значимые для дела обстоятельства, в том числе те, которые указаны в апелляционных жалобах.

Так, при назначении наказания Зарубину смягчающими наказание обстоятельствами обоснованно признаны явки с повинной, активное способствование раскрытию общественно опасных деяний, выразившееся в содействии и выявлении преступлений, изобличении соучастников, наличие двоих малолетних детей, Тавабилову - наличие двоих малолетних детей, активное способствование раскрытию преступлений, выразившееся в их выявлении.

Доводы апелляционного представления о том, что суд необоснованно признал смягчающим наказание Тавабилова обстоятельством активное способствование раскрытию преступлений, не основаны на материалах дела.

Так, на показания Тавабилова в качестве подозреваемого от 27 июля 2007 года о приобретении им по указанию лица, в отношении которого отказано в возбуждении уголовного дела, наркотического средства, о его участии в проникновении на склад и хищении денежных средств, а также о действиях других соучастников, суд сослался в приговоре.

Из материалов дела также следует, что в ходе проверки показаний на месте Тавабилов указал дом, возле которого приобрел наркотическое средство, квартиру Зарубина, где они готовились к преступлению, дорогу до склада и место проникновения в него, сообщил о действиях соучастников (т. 8 л.д. 51 - 53).

Указанные показания Тавабилова и результаты следственных действий с его участием в совокупности с иными доказательствами позволили суду установить обстоятельства совершенных преступлений и постановить обвинительный приговор, а потому суд правильно расценил роль Тавабилова в раскрытии преступлений как активную и признал данное обстоятельство смягчающим.

Тот факт, что Тавабилов в судебном заседании признал себя виновным частично, что Зарубин дал изобличающие Тавабилова показания, на которые сослался суд, не может поставить под сомнение выводы суда в указанной части.

При назначении наказания осужденным суд учел все обстоятельства, влияющие на вид и размер назначенного наказания. Отягчающих наказание обстоятельств судом не установлено.

На какие-либо иные обстоятельства, которые не были учтены судом, в жалобах и представлении не указывается, а приведенные в апелляционном представлении данные о совершении осужденными преступлений в составе организованной группы, с применением оружия, из корыстных побуждений, а также тяжесть наступивших последствий в виде смерти З. по преступлению от 16 ноября 2006 года фактически являются признаками преступлений, за которые осужденным и назначено наказание, а потому не могут повторно учитываться при назначении им наказания.

Вывод о назначении осужденным наказания, связанного с реальным лишением свободы, а также об отсутствии оснований для применения ст. 64 УК РФ, суд мотивировал в приговоре надлежащим образом, оснований не согласиться с ним Судебная коллегия не усматривает.

При таких данных нельзя признать назначенное наказание чрезмерно мягким, как об этом ставится вопрос в апелляционном представлении, и чрезмерно суровым, как на то указывают в апелляционных жалобах осужденные, не имеется, а потому оснований ни для усиления, ни смягчения наказания осужденному Зарубину Судебная коллегия не усматривает.

Вместе с тем в связи с внесением в приговор изменений, улучшающих положение осужденного Тавабилова, а также с учетом его поведения на протяжении многих лет после совершения преступлений, свидетельствующего о том, что каких-либо новых преступлений он не совершил, назначенное ему наказание за участие в убийстве и по совокупности преступлений подлежит смягчению.

В то же время, несмотря на исключение из осуждения Тавабилова по разбою признака совершения этого преступления в составе организованной группы, назначенное ему наказание в минимальном размере санкции ч. 4 ст. 162 УК РФ смягчению не подлежит, в связи с отсутствием исключительных обстоятельств, позволяющих в силу ст. 64 УК РФ назначить наказание ниже низшего предела, предусмотренного данным законом.

По указанным мотивам Судебная коллегия не находит оснований для отмены приговора по доводам жалоб и представления.

Судебное разбирательство проведено с соблюдением норм уголовно-процессуального закона, в условиях равноправия и состязательности сторон, все ходатайства, в том числе заявленные стороной защиты, разрешены в установленном законом порядке.

Приговор постановлен в соответствии с требованиями ст. ст. 304, 307, 308, 309 УПК РФ.

Вопреки доводам апелляционной жалобы Зарубина, в приговоре раскрыто содержание показаний потерпевших и свидетелей в той части, в которой это необходимо для обоснования выводов по существу рассматриваемого дела. Выводы суда противоречий не содержат.

Гражданские иски разрешены в установленном законом порядке.

Размер денежной компенсации морального вреда, взысканного с осужденных, определен на основании ст. ст. 151, 1100 ГК РФ в соответствии с ролью каждого в содеянном, а также степенью нравственных страданий потерпевших, связанных со смертью близких им лиц.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, Судебная коллегия

определила:

приговор Свердловского областного суда от 1 августа 2017 года в отношении Тавабилова Александра Фидаиловича изменить.

Переквалифицировать его действия с п. п. "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ на ч. 5 ст. 33 п. "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ, по которой назначить наказание в виде лишения свободы сроком на 10 (десять) лет.

Исключить из приговора указание на его осуждение по п. "а" ч. 4 ст. 162 УК РФ.

По совокупности преступлений, предусмотренных ч. 5 ст. 33 п. "з" ч. 2 ст. 105, п. п. "б", "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ, в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказаний окончательно назначить Тавабилову А.Ф. 11 (одиннадцать) лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

В остальном приговор в отношении Тавабилова А.Ф. и тот же приговор в отношении Зарубина Сергея Владимировича оставить без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя Новосельцевой Т.Н., апелляционные жалобы осужденных Зарубина С.В. и Тавабилова А.Ф. - без удовлетворения.

------------------------------------------------------------------




Популярные статьи и материалы
N 400-ФЗ от 28.12.2013

ФЗ о страховых пенсиях

N 69-ФЗ от 21.12.1994

ФЗ о пожарной безопасности

N 40-ФЗ от 25.04.2002

ФЗ об ОСАГО

N 273-ФЗ от 29.12.2012

ФЗ об образовании

N 79-ФЗ от 27.07.2004

ФЗ о государственной гражданской службе

N 275-ФЗ от 29.12.2012

ФЗ о государственном оборонном заказе

N2300-1 от 07.02.1992 ЗППП

О защите прав потребителей

N 273-ФЗ от 25.12.2008

ФЗ о противодействии коррупции

N 38-ФЗ от 13.03.2006

ФЗ о рекламе

N 7-ФЗ от 10.01.2002

ФЗ об охране окружающей среды

N 3-ФЗ от 07.02.2011

ФЗ о полиции

N 402-ФЗ от 06.12.2011

ФЗ о бухгалтерском учете

N 135-ФЗ от 26.07.2006

ФЗ о защите конкуренции

N 99-ФЗ от 04.05.2011

ФЗ о лицензировании отдельных видов деятельности

N 223-ФЗ от 18.07.2011

ФЗ о закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц

N 2202-1 от 17.01.1992

ФЗ о прокуратуре

N 127-ФЗ 26.10.2002

ФЗ о несостоятельности (банкротстве)

N 152-ФЗ от 27.07.2006

ФЗ о персональных данных

N 44-ФЗ от 05.04.2013

ФЗ о госзакупках

N 229-ФЗ от 02.10.2007

ФЗ об исполнительном производстве

N 53-ФЗ от 28.03.1998

ФЗ о воинской службе

N 395-1 от 02.12.1990

ФЗ о банках и банковской деятельности

ст. 333 ГК РФ

Уменьшение неустойки

ст. 317.1 ГК РФ

Проценты по денежному обязательству

ст. 395 ГК РФ

Ответственность за неисполнение денежного обязательства

ст 20.25 КоАП РФ

Уклонение от исполнения административного наказания

ст. 81 ТК РФ

Расторжение трудового договора по инициативе работодателя

ст. 78 БК РФ

Предоставление субсидий юридическим лицам, индивидуальным предпринимателям, физическим лицам

ст. 12.8 КоАП РФ

Управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения, передача управления транспортным средством лицу, находящемуся в состоянии опьянения

ст. 161 БК РФ

Особенности правового положения казенных учреждений

ст. 77 ТК РФ

Общие основания прекращения трудового договора

ст. 144 УПК РФ

Порядок рассмотрения сообщения о преступлении

ст. 125 УПК РФ

Судебный порядок рассмотрения жалоб

ст. 24 УПК РФ

Основания отказа в возбуждении уголовного дела или прекращения уголовного дела

ст. 126 АПК РФ

Документы, прилагаемые к исковому заявлению

ст. 49 АПК РФ

Изменение основания или предмета иска, изменение размера исковых требований, отказ от иска, признание иска, мировое соглашение

ст. 125 АПК РФ

Форма и содержание искового заявления